Возвращение домой. Когда рождается вера Протоиерей Андрей Ткачев

У нас вы можете скачать книгу Возвращение домой. Когда рождается вера Протоиерей Андрей Ткачев в fb2, txt, PDF, EPUB, doc, rtf, jar, djvu, lrf!

Особенны в храме и одежды священнослужителей. Первая деталь одежды священника, в которую он облачается для богослужения, - это подризник. Само слово говорит о том, что он находится под ризой; его традиционно белый цвет означает чистоту церковных одежд и святость матери Церкви.

Она надевается священником на шею. Без нее нельзя совершать ни одну службу, даже самую простую, такую, например, как панихида или освящение машины. Поручи - третья деталь священнического облачения, которая надевается после епитрахили, при этом тоже читаются специальные молитвы.

Надевая поручь на правую руку, священник говорит: Вот так вот препоясывая свои руки, священник вспоминает, что руки его должны творить дела Божий, и воля его связана с заповедями Господними. Человек, готовящийся служить, в древности препоясывался.

Он собирал свои длинные свисающие одежды специальным поясом для того, чтобы они не мешали ему при работе. Препоясывание - это символическое действие, означающее, что человек готов потрудиться.

Надевая пояс, священник читает следующие слова: Фелонь - надевается поверх всего облачения. В подобного рода одеждах ходил Христос, когда жил на земле; в подобной одежде ходили и Его ученики.

Одевшись во все необходимое облачение и прочитав соответствующие молитвы, священник приготавливается и умом к совершению службы, совершая молит-вословие для последующего действа.

Таким вы видите священника всегда, когда он предстоит престолу Бо-жию в храме на Литургии. Так, например, зеленое облачение надевается во дни Пятидесятницы, а также в честь преподобных и Христа ради юродивых.

Зеленый цвет, цвет зелени, пробивающийся травы, символизирует собой жизнь и ее обновление. Облачение желтого цвета употребляется в воскресные дни, а также в дни памяти пророков, апостолов и святителей. Белый цвет знаменует собой Божественный свет, освещающий и преображающий творение Божие. Белое облачение употребляются в праздники Рождества Христова, Богоявления, Вознесения и Преображения Господня, при совершении крещения и венчания.

Отпевание также должно совершаться в белом, поскольку для христианина смерть есть переход от худшего в лучшее. Красный - цвет крови, которую Господь пролил ради нашего Искупления. В красном совершаются пасхальные богослужения и службы в честь мучеников, которые своей кровью запечатлели веру во Христа.

Одно из имен Божьих - Свет. Еще со времен ветхозаветного храма, построенного по образу, который Моисей видел на горе Синай, наши церкви освещаются лампадами. Лампада не заливает храм ярким светом - она прогоняет, но не до конца уничтожает мрак. Ее свет помогает сосредоточиться, создает молитвенное настроение. Горящая лампада или светильник - это образ души, исполненной благодати Святого Духа. Лампады заправляются маслом, которое верующие люди жертвуют Богу.

А жертва - это то, что тебе самому нужно, но ты даешь это другим. Оливковое, деревянное, конопляное -масло издревле используется людьми в пищу, для освещения жилищ и для лечения. Принесенное в храм, оно становится добровольной жертвой за тебя и за твоих родных. Свеча, это простейшее изделие человеческих рук, состоящее из фитиля и воска, несет много смыслов. Во-первых, она пряма, стройна и горит ровным светом -так должен гореть дух молящегося.

В-третьих, свеча рождается из труда многих. Много пчел собирало пыльцу с душистых цветков, чтобы люди имели мед и воск. Свеча, сделанная из воска -образ совместных трудов и усилий многих людей, участвующих в службе. Кого-то на службе нет, но за него горят на службе свечи. О нем молятся люди - значит, благодать коснется и его.

Символ молитвы верующего человека своим горением перед иконой являет теплоту любви ко Христу, Богоматери или святому угоднику. Сам воск превращается в огонь. Поставить свечку за здравие или за упокой - это ли не простейшее религиозное действие? Про людей, чья религиозная жизнь сводится лишь к свечам, есть в народе хорошая пословица: Поскольку свечи покупаются, они, подобно пожертвованному елею, так же являются добровольной жертвой Богу - за себя и за ближних.

Свечи перед иконами и в храме нужно ставить до на. И, наконец, свеча постепенно сгорает. Ее недавно поставили, а через полчаса ее уже нет. Это образ человеческой жизни, скоротекущей и исчезающей в ее земном измерении. Не правда ли, о многом можно подумать, совершая нехитрый обряд зажигания и по-ставления свечей перед иконой в храме. Это значит, что храмы наши согреты и освещены не только огнем, но и молитвами людей о себе и о других, и мыслями о самом важном. Ни ржаная мука, ни мука с отрубями не годятся для приготовления просфоры.

Греческое слово артос, стоящее в тексте там, где говорится о Тайной Вечере, означает именно квасной хлеб, а не опреснок. В этом - одно из отличий Православной Церкви от Католической в их богослужебном измерении, поскольку католики используют в Литургии опресноки. Мука, вода, соль и дрожжи - вот то, что нужно для выпекания просфоры. При этом мука символизирует собой безгрешную плоть Христову, закваска - душу, а соль - благодать Святого Духа. Просфора двухчастна - это не просто хлебец, а как бы два хлебца, сращенные друг с другом.

Такая двух-составность напоминает нам о двух природах Иисуса Христа - не только человека и не только Бога, а Богочеловека. Именно по краям печати священник и вырезает среднюю часть просфоры квадратной формы - так называемый Агнец. Кроме большой агничной, для совершения Литургии нужны еще четыре просфоры. Первая - богородичная, из нее вынимается частица в память о Богоматери.

Эта частица полагается справа от Агнца. При этом произносятся пророческие слова из псалма: Из нее вынимается девять частиц в честь памяти девяти чинов святых: Эти частицы располагаются слева от Агнца. Из двух оставшихся просфор вынимаются частицы за живых и усопших. Также люди могут покупать на свечном столе и подавать в алтарь другие просфоры с записками о поминовении.

Из этих просфор частички также полагаются вблизи Агнца. Таким образом, в конце проскомидии на дискосе перед нами открывается знаменательная. Да и что такое сам хлеб, как не единство зерен, соединенных вместе благодаря искусству пекаря? Эта мысль присутствует в одном из древнейших литургических текстов Церкви - в учении ти апостолов, первый век нашей эры. Когда мы идем в гости, то берем с собою подарки. Самый известный набор, ставший банальным, - это цветы, торт и шампанское. Когда же идем в храм, чтобы стать пред лицом Божьим, то торт с собою не берем.

В храме есть свои сладости. От шампанского тоже придется отказаться, поскольку в храме есть свое питье и свое веселье. А вот цветы можно взять. Хорошо, когда храм украшен цветами.

Во-первых, потому что первое место, где жил человек, - это рай. И рай лучше всего символизируется через пение птиц и благоухание цветов. Церковь - наш земной рай, где мы вспоминаем наше потерянное блаженство и готовимся к блаженству будущему. Во-вторых, цветы - это самое красивое, что есть на земле, и храм достоин быть украшен самым красивым. Святой Иоанн Кронштадтский, к примеру, просыпался рано и молился утром в саду, на воздухе. Он любовался цветами, часто целовал их лепестки, как бы целуя десницу Божию.

Гирляндами из цветов часто украшают особо чтимые иконы, букеты цветов могут стоять у иконостаса и по всему храму. При этом искусственных, бумажных цветов в храме быть не должно - имитация реальности, подделка под настоящую жизнь не должна присутствовать там, где люди молятся Творцу настоящей жизни, где погружаются в истину, а не в выдуманную реальность. Истинная вера пришла к нам с востока, оттуда, где цветы не являются редкостью. Но вера распространилась во все стороны света, в том числе и туда, где цветы не растут, или цветут не круглый год.

Что же тогда взять с собой человеку, ведь не идти же в гости к Богу с пустыми руками? Издревле люди брали с собой то, что нужно для Литургии: Сегодня можно жертвовать на храм хорошие вина, желательно не содержащие спирта и сахара, воск, елей - все это нужно и сегодня.

Можно просто покупать у свечного стола свечи и просфоры - тогда деньги станут жертвой на храм, и мы, ничего не принеся заранее, попадем в число жертвователей. В храме нужен труд человеческих рук. Можно ничего не принести, но остаться после службы почистить подсвечники и фитили в лампадах, или подмести и вымыть пол.

Это, несомненно, разновидность жертвы, потому что такие дела рождаются из любви к Богу, а именно любовь является источником жертвоприношения. Особенным образом могут потрудиться для храма те, кто строит или ремонтирует его, кто шьет облачение для духовенства или для внутреннего церковного убранства. Все это видимые материальные знаки невидимой духовной любви. С самого рождения на земле Христос принимал от людей подарки.

Три мудреца, пришедших издалека, принесли Ему золото, ладан и смирну. Память о них должна заставлять и нас идти ко Христу не с пустыми руками. Кроме того, принести - не значит буквально нести в руках. Гораздо больше того, что человек носит в руках или портфеле, он носит в уме, памяти, совести. Приходя в храм, мы никогда не бываем одиноки, даже если храм пуст и службы в нем нет. В храме всегда присутствуют ангелы, молящиеся о всех, переступающих церковный порог. И мы, приходя в дом Божий, должны молиться не о себе только, но и о других.

Наша память и наше сердце хранят имена и лица дорогих нам людей, живых и усопших. Мы приносим Богу прошение о них, об их здоровье, успехе, помощи и благословении, прощении грехов и упокоении. И Бог любви принимает наши молитвы, поскольку такие молитвы тоже есть любовь. И так, идя в храм, будем спрашивать себя - с чем мы идем, что несем с собой? Несем ли жертву на нужды храма, несем ли покаяние в грехах и желание исправиться?

Несем ли тревогу о ком-то, чтобы усердно о нем помолиться? Так, испытывая себя и измеряя степень своей сознательности в вере, мы каждый приход в храм можем превратить в ступеньку на небо. Время непрестанно движется вперед. Но внури этого поступательного движения суще-ствуют свои циклы. Ближайший и самый понятный нам цикл - это сутки.

День сменяет ночь, за восходом следует закат - так продолжается от сотворения мира. Более длинный цикл - неделя. Библейская неделя включает в себя семь дней. Они напоминают о тех днях творения, в которые мир был Богом создан и благословлен. С апостольских времен, имея заповедь Христа непрестанно молиться, Церковь стремилась наполнить.

Конечно, главным днем недели является воскресенье. Это не седьмой, как многие привыкли думать, а первый день недели, в Писании он называется днем Господним. Начиная со времени правления Константина Великого1, в христианском мире первый день - воскресенье - стал выходным. Это день отдыха от трудов, день богослужебного собрания, проповеди Евангелия и творения добрых дел. Следующий за воскресеньем день, понедельник, Церковь посвятила ангелам, поскольку они сотворены первыми.

Раз в год в конце ноября Церковь совершает торжественное празднование в честь святых бесплотных сил. А каждый понедельник года, пусть более скромно, но постоянно прославляет небесных господних служителей и просит их защиты. Вторник - день молитвенного почитания Иоанна Предтечи. Иоанн не только проповедовал о том, Кто должен прийти, но и видел Его собственными глазами.

Иоанн - больший из всех, рожденных женами, и вторник - его день. Среда - день, когда Иуда предал Христа. Во все среды года, кроме святок, светлой седмицы и еще нескольких случаев, христианам полагается поститься. Четверг - день апостолов, тех людей, которые были учениками и спутниками Иисуса Христа, и даже больше - Его друзьями. Им после Своего вос-. Православная Церковь именует себя соборной и апостольской. Кроме апостолов в четверг поминается еще святой Николай Мирликийский, чрезвычайно любимый во всем христианском мире святой, заслуживший великую славу за свою веру, справедливость, милосердие, мудрость, рассудительность и другие добродетели.

В этот день крестной смертью Христа Спасителя совершилось искупление рода человеческого. Раз в год в Великую Пятницу христиане воспоминают страдания Спасителя, исполняясь к Нему любовью и благодарностью. Такими мыслями и чувствами наполнены пятничные богослужения, и каждую неделю года в пятницу полагается пост в память о крестных муках Спасителя.

В этот день мы обращаем свои молитвы к тем, кто уже вошел в радость Господа Своего. Это все святые, и первая среди них - Дева Мария, рождшая всех святых святейшее Слово.

В субботний день мы также молимся об упокоении усопших и просим: Понятия жизни духовной не всегда совпадают с понятиями жизни мирской. Так, например, богослужебный день начинается с вечера. Это потому, что в Библии в соответствующем тексте читаем: Участие в Вечерне - это уже вхождение в новый, завтрашний день.

Само время совершения Вечерни напоминает нам о времени жизни после грехопадения, когда мир погрузился во мрак, но продолжал жить надеждой. В ходе Вечерни всегда читается или предначинатель-ный псалом й или поются его избранные стихи.

В этом псалме прославляется премудрость Божия, проявившаяся в сотворении мира и в попечении о нем. Церковная молитва отличается от домашней тем, что в церкви молятся люди, собранные вместе, и со всеми и за всех молится священник. Вот часть одной из его тайных молитв: Даруй нам сон, от всякого мечтания диавольского свободный.

Свете Тихий святым славы, безсмертнаго Отца небеснаго, святаго блаженнаго, Иисусе Христе: Достоин ecu во вся времена пет быти гласы преподобными, Сыне Божий, живот даяй: Этот текст напоминает нам пятую главу Апокалипсиса, где животные и старцы поют гимн перед престолом Бо-жиим: Что касается молитвы старца Симеона, то это молитва человека, без страха входящего в смертную тень, потому что он своими глазами видел Спасителя мира.

С молитвой старца Симеона на устах умирали многие святые. Мы включаем ее не только в Вечерню, но и в молитвы после причащения, имея в виду, что причастившись, нам, как и старцу Симеону, умирать не страшно. Несомненно, служба в храме будет для вас и интереснее, и глубже, и полезнее, если эти тексты будут вам близко знакомы. Все в жизни движется к своему завершению. Суточный круг служб завершается и венчается Литургией. По времени она - обедня, а по смыслу - царица. Литургия выше ума в своей содержательной части.

Она - спутник проповеди о Воскресшем Иисусе, и всегда венчала апостольские собрания. В Литургии сначала есть место пению и чтению. Поются псалмы й, й , напоминается учение о евангельских блаженствах, идут чтения Апостола и Евангелия. Затем поминаются с прошениями нуждающиеся в помощи люди больные, путешествующие, усопшие.

Символ веры проявит то, что на службу собрались верные Богу люди, хранящие апостольскую веру. И кульминация службы возвестится словами:. Будут помянуты и произнесены слова Христа, сказанные на Тайной Вечери: Пийте от Нея вси: Потом бескровные дары хлеба, вина и благодарного воспоминания будут вознесены со словами: Выше этого Таинства на земле нет ничего, и от сочувствия Таинству и посильного понимания его зависит вся полнота жизни отдельного человека, прихода и всей Поместной Церкви.

Все в Церкви движется к Литургии, все исполняется ею, все понимается через нее. И не так важно сразу все узнать, как важно постепенно врастать в Церковь, которая есть Тело Христово, через причастие Святых Тайн, которые тоже есть Тело Христово. Участие в Литургии должно быть осознанным. Остальное Бог Сам поставит на свои места. Верую во единаго Бога Отца, Вседержителя, Творца небу и земли, видимым же всем и невидимым.

Нас ради человек и нашего ради спасения сшедшаго с небес и воплотившагося от Духа Свята и Марии Девы, и вочеловечшася. И паки грядущаго со славою судити живым и мертвым, Егоже Царствию не будет конца. Символ веры - это краткое исповедание того, во что верит Церковь. Его нужно усвоить людям, готовящимся креститься. В древности эти истины преподавались в особых огласительных училищах, которые существовали при церковных общинах. В каждой Поместной Церкви был свой Символ веры, который по смыслу был тождествен другим, но мог отличаться отдельными выражениями.

Символ веры, который мы слышим в храме сегодня, был сформулирован в IV веке. Символ веры формирует правильное христианское мировоззрение, это камертон, по которому настраивается правильный образ мышления. Это не молитва, потому что в молитвах мы обращаемся к Богу, а здесь мы не обращаемся к Богу непосредственно, а говорим, во что мы верим, исповедуем, во что мы верим, говорим громко, вслух. Каждому человеку нужно хорошо знать Символ веры, в особенности нужно учить его тем, кто готовится к крещению или будет крестным отцом или матерью у маленького ребенка, вместо которых нужно будет эту веру исповедовать - ее впоследствии нужно будет преподавать ему в виде поучения, по мере возрастания.

Мы поем Символ веры на литургии как наше общее свидетельство о том, что мы веруем правильно, веруем не так, как сами захотели, придумали, как нам приснилось-прифантазировалось, а так, как мы научены веровать Апостольской Церковью. Первая часть Символа веры, где говорится о Боге Отце - довольно общая, и при желании на ней можно остановиться и уделить ей очень много внимания. Но можно пройти ее быстро - и мы пройдем ее быстро, а затем сконцентрируемся на том, что говорится в Символе веры о Христе Иисусе.

В этой части Символа веры у нас нет споров с иудеями и мусульманами: Здесь нам с ними не о чем спорить. Споры начинаются после, где говорится о Христе. Христос есть камень краеугольный, избранный, драгоценный; и верующий в Него не постыдится. Поэтому в Него не все веруют и не все веруют в Него одинаково. Символ веры - христоцентричен. Христос - Сын Божий, единственный Сын небесного Отца. Когда мы говорили о молитве Отче наш, мы подчеркивали, что эта молитва - подарок Христа человечеству.

Он один может говорить Отцу: Отче мой, но Он нас научил молиться Отцу: Отче наш, потому что Он нас усыновил Своему Отцу - Он стал таким, как мы, чтобы мы были такими, как Он. Здесь говорится о том, что Он - рожденный от Отца прежде всех век, то есть до времени. Рождение Сына от Отца есть дело внутритроичных отношений. Как слово рождается в уме, так Сын рождается от Отца без нетления, без истечения, без разделения, таинственно - прежде всех век. Подчеркивается предвечный характер отношений между Сыном и Отцом.

Отец - вечен, и Сын - вечен. И Христос говорит, что Я свет миру; кто последует за Мною, тот не будет ходить во тьме, но будет иметь свет жизни. Бог истинный от Бога истинного. Бог от Бога, Свет от Света. Рожденна, несотворенна- проводится четкая граница между рождением и творением.

Скажем, человек родил сына - и родил он его, что называется, из себя, он себя вложил в чадо, и все что прожил, вложил в него, и все что имеет - все в нем. Или человек, скажем, сделал лавку - сотворил нечто. Рождение и творение - разные вещи. Бог Отец мир сотворил, а Сына - родил. Рожденный - одной сущности с отцом. А сотворенный - другой сущности. Другими словами, творение человека -это не человек, а сын человека - это человек. Об этом говорит Символ веры.

Далее следует единственное слово, которого нет в Писании - единосущный Отцу. Слово единосущный, вокруг которого шли споры в течение I Вселенского собора, святые отцы предложили как наиболее соответствующее для того, чтобы дать понять, что Сын Божий равен Отцу в Божественном достоинстве. И это слово внесли в Символ веры как именно православное.

Слова Имже вся быша, через Него все произошло по-украински: Без Него ничто не начало быть, что начало быть. Оно означает, что Сын есть такой же Творец, как и Отец. Нас ради человек и нашего ради спасения сшедша-го с небес - Сын Божий, вечно пребывающий с Отцом, для нас, для нашего спасения сошел с небес и воплотился от Духа Свята и Марии Девы и вочеловечшася.

Сверхъественным образом, без семени мужа, как об этом предсказывали пророки, Сын Божий стал во всем подобен нам. Дальше мы пропускаем всю жизнь Иисусову, все чудеса Христовы, воскресения, хождения по водам, изгнания демонов, умножения хлебов - все пропускаем и переходим к разговору о том, зачем Он пришел. А пришел Он для того, чтобы быть Искупителем и пострадать, чтобы стать жертвой. Поэтому дальше Символ веры говорит о том, что мы веруем в Христа, распятаго же за ны при Понтийстем Пилате.

Понтийский Пилат, игемон, здесь упоминается для подтверждения того, что событие было историческим. Именно в Палестине, именно при наместнике римского царя, которого звали Понтийский Пилат - вот в это время Христос совершил наше спасение. Не просто когда-то, где-то, неважно где, но в конкретном месте и в конкретное время. И страдавша и погребена - подчеркивается, что Христос страдал, для того чтобы мы знали, что Он есть истинный человек и боль терпел настоящую, человеческую.

Он не был призраком, Он не был условно во-человечившимся, призрачно принявшим человеческое обличье, как некоторые считали. Против этих еретиков Церковь говорит, что Христос был истинно человеком. Он вочеловечился и страдал. И умер на Кресте, и был погребен, похоронен. И воскресшего в третий день по Писанием - согласно пророкам, говорившим о Нем, Христос воскрес в третий день. Самые яркие пророчества о его триднев-ном воскресении содержатся, например, в книге пророка Ионы, который был проглочен некой большой рыбой, пробыл в ней и был извержен в третий день этой рыбой из ее чрева, и остался жив.

И Христос говорит о том, что как Иона был во чреве китове три дня и три ночи, так и Сын Человеческий будет в сердце земли три дня и три ночи. Есть много образов в псалмах и в других ветхозаветных книгах, где о Христе говорится как об имеющем пострадать и воскреснуть. Не в том смысле, что у Бога Отца есть руки, равно как и ноги, и волосы на голове, равно как и глаза, уста, нос и прочее. Этого всего у Бога нет. Бог не изобразим и не вообразим.

Нельзя изображать Бога Отца в виде человека1. Справа - значит во славе, так как справа от царя стоит ближайший к царю. Описывая, Страшный суд, Спаситель говорит, что одесную, направо , пойдут спасенные, ошуюю налево - осужденные. Слова о сидении Христа одесную Отца имеют духовный смысл: Сын Божий с телом пребывает во славе своего Отца. Да не поругаются не-вежди святым иконам, Христа и Его Богоматере, и угодников Его, худым и нелепым писмом пищуще: Повелеваем убо от ныне Господа Саваофа образ в предь не писати: Токмо якоже Христос виден бысть в плоти, тако и живописуется, сиречь воображается по плоти: Христос ушел не навсегда, но ушел, чтоб вернуться, поэтому далее Символ веры говорит, что мы веруем в Христа, паки грядущаго еще раз имеющего прийти со славою судити живых и мертвых.

Первое пришествие было со смирением, оно было с унижением, с долготерпением, внешней простотой. Рождение на соломе, в пещере, жизнь плотника, потом бродячего нищего проповедника -все это знаки смирения Христова. А второе пришествие будет со славою, для того чтобы уже судить живых и мертвых.

Первое пришествие было, чтоб спасти, а второе - чтобы судить. Дальнейший текст Символа веры, говорит о том, что мы верим также в Духа Святого, Господа Животворящего, который от Отца исходит, со Отцем и Сыном спо-кланяемый и славимый, Он говорил через пророков. Исповедуем едино Крещение во оставление грехов. Ждем воскресения мертвых и жизни будущаго века. Теперешняя жизнь наша есть лишь приготовление к вечной жизни, которая начнется, когда придет Христос и мертвые воскреснут.

Тогда наступит вечность, для одних - блаженная, для других - тяжкая. В конце Символа веры мы говорим аминь1, ибо все, сказанное в нем, верно и является непреложной истиной. Блаженны вы, когда будут поносить вас и гнать и всячески неправедно злословить за Меня. Радуйтесь и веселитесь, ибо велика ваша награда на небесах: Наши беседы носят характер катехизических.

Катехизис - это наставление в вере по части самых важных вещей. Мы излагаем катехизические основы так, как они обычно изъясняются в христианских пособиях. Традиционно людям излагаются десять заповедей Моисеевых, молитва Господня, Символ веры, и сюда соответственно просятся евангельские блаженства, которые иногда именуются заповедями блаженств, но в точном смысле слова их нельзя назвать заповедями, потому что заповедь - это повеление или запрет, а блаженства - это призыв и обетование.

Они содержатся в Евангелии от Матфея и Евангелии от Луки. Есть некоторые отличия в заповедях блаженств у Луки и у Матфея, и экзегеты - толкователи Писания - считают, что различия эти связаны с тем, что Матфей все нравственное учение собрал нарочито в одном месте и дал его в нескольких главах: Христос, возможно, говорил эти же самые вещи в других местах тоже, то есть одно и то же Он наверняка повторял разным людям, и это нашло отражение в таком разнообразном размещении евангельских блаженств по тексту.

Эта часть Писания человеку более или менее усердному в посещении храма может быть известна наизусть, поскольку пение или чтение евангельских блаженстве Православной Церкви является обязательным на Литургии в праздничные и воскресные дни. В Евангелии от Матфея они звучат так:. Блаженны плачущие, ибо они утешатся. Блаженны кроткие, ибо они наследуют землю.

Блаженны алчущие и жаждущие правды, ибо они насытятся. Блаженны милостивые, ибо они помилованы будут. Блаженны чистые сердцем, ибо они Бога узрят. Блаженны миротворцы, ибо они будут наречены сынами Божиими. Начинаются евангельские блаженства с упоминания о нищих духом. Блаженны нищие духом, ибо их есть Царство Небесное. Под нищими духом толкователи Священного Писания понимают такое состояние души, при котором человек, ничего не считает своим, но все приписывает Богу, за все Бога благодарит, и продолжает просить, и чувствует себя нуждающимся.

Примером такого нищего духом в Ветхом Завете является царь Давид, который, облеченный властью и особенной любовью к Богу, был человеком смиренным, не желающим приписывать что-либо себе, но изливающим то и дело сердце в благодарности, в просьбах, в молениях, в прошениях. В средние века в католических катехизисах появилась мысль, что нищета духовная относится к материальному миру и она, так сказать, некое подобие нищеты телесной, что кто добровольно не богат, отказался от всех благ земных - тот и нищ духом.

Но вряд ли это так, хотя нищета телесная - это помощь в понимании смысла. Телесно нищий - это просящий человек, человек не гордящийся, во всем нуждающийся. И человек, нищий духом, - это тоже человек, ощущающий себя нуждающимся, требующим защиты, помощи от Бога. Такое состояние духа требует смирения. Гордый человек хочет быть самодостаточным. Но правды ради надо сказать, что никто из нас не самодостаточен, поскольку мы и дышим, и едим, и общаемся, и получаем образование, и значит, нуждаемся в других: И муравья нельзя презреть, посмотреть на него сверху вниз, потому что и он тебе может пригодиться.

И это очень важно понимать, Евангелие как раз возвращает нас к правильному образу мыслей. Воистину блаженны нищие духом, ибо они унаследуют Царство Небесное. Простым и нечванливым людям, очевидно, с легкостью открываются двери рая. Далее ублажаются плачущие, ибо они утешатся. Слезы - это человеческое явление. С тех пор, как человек согрешил, слезы - спутник человека, и как пища без соли не солона, не вкусна, так и жизни без слез не бывает у человека. Есть святые, блаженные слезы, когда, например, человек хочет помочь, но не может и плачет оттого, что не может помочь.

Бывают слезы о грехах, это совершенно отдельные слезы, очистительные, которые, рождаясь, впоследствии оставляют легкость в человеке, это - примирительные с Богом слезы. Есть святейшие слезы Господа Иисуса Христа, которые Он пролил в Гефсиманской молитве Своей в саду перед взятием под стражу и будущим бичеванием, распятием.

Есть Его же слезы над гробом Лазаря - слезы сострадания и сочувствия бедному человеческому существу. Таким образом, не всякие слезы ублажаются здесь. Человек может плакать над сериалом или чем-то сентиментальным, может и от смеха заливаться слезами, держась за живот - конечно, такой человек не блажен.

Дело не в том, что это очень греховно, это отдельный вопрос, но ублажаются слезы, которые ведут к Царству, которые ведут к утешению. Мы помним с вами, что имя Духа Святого -Утешитель. Если жизнь - это сплошной хохот, хиханьки да хаханьки, то кому нужен Дух Святой, который утешает? Чего ж тут утешать хохочущих и веселящихся?

Утешать нужно скорбящих и плачущих. Дух Святой как раз и взы-скуется, и обретается теми, кто скорбит. Или невольно скорбит и смиряется в скорбях перед Богом, или благо скорбит, добровольно скорбит, берет на себя некий труд, от которого ему тесно: Самые святые слезы - это слезы о грехах, и эти слезы нужно выпрашивать. В этом есть некий парадокс для обычного сознания. Когда человек, например, просит здоровья, это понятно, так сказать, и коню, если б конь мог понимать человеческую речь, он бы тоже понял, что это такое.

А когда, человек говорит: А вот - нужны. Кто хоть раз выпросил у Бога слезы, тот знает, что они тяжело выпрашиваются и дорогого стоят. Вот эти плачущие, которые плачут о том, о чем надо плакать, они утешатся. Можем думать, что утешатся именно Духом Святым, имя которого Утешитель, то есть получат благодать.

По очень красивому изъяснению одного из отцов Церкви, кротость есть то свойство духа, при котором человек ни на кого не раздражается и никого не раздражает. Удивительное свойство, к которому стремились монашествующие более всего, стремились быть по-детски незлобивыми, по-ангельски чистыми.

Это великое обетование, стремление к этому качеству есть залог вхождения в иную блаженную жизнь. Нельзя не вспомнить о Моисее, потому что о нем было сказано в Писании, что он был кроток более всех живущих на земле. Жизнь боговидца Моисея была сложной и очень бурной. Чего только в его жизни не было - он и воевал, и казнил нарушителей закона, на его плечах лежали функции законодателя, предводителя, военного вождя, судьи, усмирителя, и он вел людей в землю обетования, то есть в ту землю, которую им обещал Бог, при этом ему все это было очень в тягость, потому что внутри он был человеком, не стремящимся к власти, а весьма кротким.

Интересно получилось, что евангельские блаженства отображают эту ветхозаветную истину. Блаженны кроткие, как Моисей, который и привел людей к этой обетованной земле - они наследуют землю. Если мы уйдем от древнееврейского, ветхозаветного, исторического фона к новозаветному, то поймем, что, в более высоком смысле, кротость должна довести человека до Небесного Царства, до другой земли, до земли живых, о которой Давид поет: Но есть некая земля живых, где живут вечно.

Кроткие наследуют землю бессмертия. Что такое голод и что такое жажда, известно каждому человеку. Что такое жажда правды и что такое голод истины - это известно не каждому человеку, хотя есть некие правдолюбцы, которые готовы бегать по площадям с транспарантами или что-нибудь такое видимое, шумное, бурное делать - они кажутся сами себеалчущими и жаждущими правды.

Отсутствие этой встречи сводит на нет все разговоры с человеком, у которого не было подобного опыта. Иногда в поисках религиозного опыта человек может броситься в разные оккультные практики: Это происходит оттого, что люди ищут конкретики: Однако человек, не очистившийся от страстей, не может напрямую вступать в Богообщение.

У такого поиска есть здравый посыл. Такое общение возможно, но это плод явленной святости, которая снимает условности, как леса с отремонтированного строения, и позволяет вступать в прямой диалог с Богом.

Чем нас подкупает библейская простота? Тем, что библейские люди ведут себя очень естественно: Их сердечное состояние соответствует эмоциональному выражению чувств.

Этого совершенно нет в современном человеке. Он устал от условностей, он бунтует против культуры, которая родилась из веры, а затем стала недышащей обложкой нашей жизни. Только в крайних, экстремальных случаях прямой доступ к Богообщению может получить и человек грешный: Экстремальная ситуация — одно из условий прямого Богообщения.

При всех благах цивилизации человек не стал защищеннее и счастливее, вокруг по-прежнему много бед и угроз. Наоборот, он стал более нервным, боясь старости, бедности, одиночества, маньяков, обвала доллара… Мы видим, что все сложности, вся хлипкость окружающей жизни провиденциальны: Если потом человек захочет общаться с Богом все время, ему придется обратиться к накопленному сокровищу Богообщения прежних времен и веков, к некоей систематизации этого опыта, к знанию того, чего нужно опасаться при этом.

Но обычно сердце наше нужно чистить молитвой, слезами и покаянием. Встреча с Богом обещает нам радость.

Я много раз слышал рассказы о подобном от других людей. А я Бога узнал и радуюсь гораздо больше. К машине привык и уже не радуется человек, а я до сих пор радуюсь тому, что обрел веру. Но как я могу передать эту радость? В радости всегда есть элемент бескорыстия.

Радость естественна, как смех ребенка. Радость — спутник личности. Личность ощущает радость и дарит ее другой личности. Есть в ней и момент жертвенности, но такая радость сопряжена со слезами. Христос исправляет катастрофу, в которую попало человечество. И получается, что Церковь состоит из тех, кто ощущает эту катастрофу. В христианской жизни есть опыт радости.

Перед службой священник читает у царских врат молитву Нерукотворному образу Спасителя, в которой есть слова: Когда священник облачается в стихарь, он произносит: И получается, что Церковь состоит из тех, кто ощущает эту катастрофу — и если не понимает всей ее глубины, то по крайней мере переживает ее вновь и вновь, противоборствуя своему желанию грешить.

Только простой человек переживает это бытийно, а святые отцы могли это изложить так, чтобы это поняли другие. Святой человек отличается тем, что может научить простого человека этому опыту: Книги похожие на "Возвращение домой. Это парадоксальное и мучительное бытие есть человеческий крест, от которого, конечно, можно отказаться.

Это самый радикальный способ решения всех проблем — просто прервать жизнь, что для христианина является ошибкой, потому что жизнь не заканчивается, а продолжается. Что для неверующего — бегство, для христианина — умножение страданий. Самый решительный христианский ответ на страдания — монашество. Это настоящий бунт против привычности, своего рода самоубийство, но с другим знаком.

Жизнь смиряет человека постоянно: Можно летать с помощью дельтаплана, самолета, но это не то, это все механические приспособления, а чтобы летать как во сне — такого нет в жизни. И сколько подобных хотений: Есть дряхлое тело, которое постоянно хочет есть, болеет и должно умереть. Таким образом, состояние человека — смиренное. Вот здесь и возникает потребность в христианстве. Бывает так, что человека, готового прийти в Церковь, открыть себя Богу, предстать перед Ним, сдерживает ряд внешних обстоятельств, оставшихся от прежней греховной жизни.

Как говорил блаженный Августин до своего обращения: Но правильный выход все-таки — идти таким, какой ты есть сейчас. Нужно совершить смелый шаг за грань своего существования. Какой бы я ни был, я иду к Тебе. Даже если люди живут в незаконном супружеском союзе, не оформленном ни государством, ни Церковью, нужно звать их на молитву.

И пусть они перемаливают и перемалывают свое внешнее состояние, пусть растут вместе, пусть движутся вместе к Богу. Если девушка понесет во чреве от такого союза, то нужно сделать, чтобы ребенок родился. Окрестить его, даже если родители не женаты.

Но правильный выход — идти таким, какой ты есть сейчас. Если мы будем требовать подготовки, то это будет неправильно. Современный человек не способен отвечать требованиям Церкви. Суть требований такова, что их становится все больше. Нужно их минимизировать, а они склонны разрастаться. А современный человек лишен, как правило, религиозного воспитания, лишен пребывания в традиции; он спесив, как и спесива наша эпоха.

Мы не даем себе отчета в том, что современный, даже крещеный человек — это дикарь, Пятница Робинзона Крузо, и фактом крещения и ношения крестика на шее отнюдь не сразу переходит в разряд просвещенных людей. Поэтому нужно его беречь. Сокровище Церкви — это люди. Мы не можем требовать от человека того, чего он не знает. Это не значит, что он может жить как хочет, нет. Но нужно его поберечь, не отпугнуть его. Он живо действует в мире. Кого-то мажет мазью, а кого-то берет за шиворот, кого-то гладит по голове, а кого-то бьет по шее, кого-то лечит, кого-то очищает.

Искусство пастырства здесь заключается в том, чтобы не огорошить его массой требований, а начать заниматься с ним постепенно: Церковь будет тебе матерью — не боятся же люди возвращаться в отчий дом, если там правильные и хорошие понятия. Он совершает тысячи действий ежесекундно в мире, и не нужно Ему препятствовать. Пастырь сам имеет и совесть, и душу, и грехи, и опыт падения и восстания.

Он должен понимать, как трудно вылечивается человек, и то, что даже он, одетый благодатью священства, ничем не лучше вот этого, пришедшего впервые. Есть еще другой страх — открыться священнику. Конечно, можно сначала понаблюдать за пастырем. Но и нужно быть готовым к ошибкам, к чреде обидных обманов. Нужно слушать, что говорит священник, смотреть в его глаза, доверять своему сердцу.

Приоткрывать покровы своих тайн нужно постепенно. У нас есть и другие ориентиры — это святые и их творения. Творения святителя Тихона Задонского чрезвычайно просты, если преодолеть барьер между нашим языком и речью XVIII века, когда жил этот святой. Если человек более монашеского устроения, то можно прочесть творения святителя Игнатия Брянчанинова. Мне по сердцу все, что пишет святой Николай Сербский, его поэтическая проповедь.

Из современных авторов — Паисий Святогорец, недавно канонизированный. Он так и пишет: С болью и любовью о современном человеке.

Не нужно бояться совмещать свою жизнь с Православием, даже если вы представитель творческой профессии. Здесь может и не быть опасности. Я считаю, что не все художники должны быть иконописцами. И по нынешним временам, по развитости и разнообразию культурной деятельности, которую может вести человек, будет поспешным сворачивание творческой деятельности в связи с приходом к вере. Если смотреть на культуру глазами Н. Гоголя, который считал, что театр — это кафедра для проповеди о добре и зле , то она делает очень важное дело.

Человек должен быть подготовлен к приходу в веру. Семя евангельское должно быть брошено в перепаханную землю. А кто эти пахари, кто пашет землю сердец человеческих?

Кинорежиссеры, композиторы, поэты, философы, актеры.

© Крушина - дерево хрупкое Валентин Сафонов 2018. Powered by WordPress