Волшебная скрипка Эустахий Чекальский

У нас вы можете скачать книгу Волшебная скрипка Эустахий Чекальский в fb2, txt, PDF, EPUB, doc, rtf, jar, djvu, lrf!

Мать же сразу заметила на лице Генека следы ногтей. Около него собралось множество детей. Весь Люблин любит смотреть на проказы его собачки. На него набросилась вся компания, даже Кастор оторвал ему кусок рукава. Ну, и мы тоже надавали ему тумаков. Но он бросился только на нас. Он хотел ударить меня по лицу, да промахнулся. Зато я несколько раз съездил ему по физиономии, а он меня поцарапал. Юлик порядочно надавал ему по загривку, а я его бил в грудь, по ногам и рукам….

Ru ЛибФокс или прочесть описание и ознакомиться с отзывами. Все книги на сайте размещаются его пользователями. Приносим свои глубочайшие извинения, если Ваша книга была опубликована без Вашего на то согласия. Напишите нам , и мы в срочном порядке примем меры. Действительно, польский музыкант был одарен изумительным талантом. Его виртуозные возможности, казалось, не имели границ.

Вот мнение знаменитого скрипача Иозефа Иоахима: Будьте в курсе последних книжных новинок, комментируйте, обсуждайте. Алексей Гатапов - Тэмуджин. Марк Равина - Последний самурай. Александр Дейч - Гарри из Дюссельдорфа. Ольга Елисеева - Потемкин. Юрий Нагибин - Когда погас фейерверк. Нина Дашевская - Скрипка неизвестного мастера.

Генрик Сенкевич - Огнём и мечом. Генрик Сенкевич - Повести и рассказы. Владимир Владимиров - Повесть о школяре Иве. Владимир Еременко - Дождаться утра. Валентин Ежов - Кровавая фиеста молодого американца. Виктор Шкловский - Повесть о художнике Федотове.

Подарки не возвращают СИ. Страсть к вещам небезопасна. Хорошая девочка попадает в неприятности СИ. Сюрприз для советника СИ. При использовании текстов библиотеки ссылка обязательна: Обещание вечности ЛП Автор: Тайна старой скрипки СИ Автор: Царская охота СИ Автор: Левая рука тьмы сборник Автор: Урсула Кребер Ле Гуин.

Все могут короли Автор: Концерт для одной скрипки СИ Автор: Нежная мелодия для его скрипки СИ Автор: Скрипка неизвестного мастера Автор: Полужирный Наклонный текст Подчеркнутый текст Зачеркнутый текст Выравнивание по левому краю По центру Выравнивание по правому краю Вставка смайликов Вставка ссылки Вставка защищенной ссылки Выбор цвета Скрытый текст Вставка цитаты Преобразовать выбранный текст из транслитерации в кириллицу Вставка спойлера. Популярные книги за неделю. Когда я откликнулась на просьбу подруги подменить её на рабочем месте, то и не подозревала об одной….

Я уехала за перевал. Начала новую жизнь вдали от лаэров и их нездоровых амбиций. Юлик и Генек тоже вертятся около майора.

Беда мне с этим Генеком. Никак не можете обойтись без шалостей, когда я с вами гуляю. Уж я скажу вашей мамаше. Уж она вам задаст перцу, честное слово! Уж я для вас приготовлю розгочки из свеженькой березы. Пан доктор такого баловства не простит. Он схватил Генека одной рукой, второй Юлика и вывел их из толпы, все еще окружающей майора и его ученого пуделя. Мальчики беспрекословно подчинились старому слуге.

Они повернули к Веняве и скоро очутились у ворот своего одноэтажного дома, скрытого за густой зеленью деревьев и цветов. На воротах блестела табличка с надписью:. Перед каменным, крытым черепицей домом, красовалась цветочная клумба. У входа лежала большая овчарка, лениво отгонявшая мух.

Войдя в комнату, слуга выпустил руки мальчиков и сказал:. Разве мама вам разрешала бегать от меня? Внизу, в прихожей, сидело несколько пациентов, ожидавших своей очереди. С левой стороны, был вход в жилые комнаты. Юлик и Генек, обыкновенно врывались в комнаты с криком и шумом и, здороваясь со своей милой мамочкой, весело рассказывали о своих приключениях на улице и в школе, сообщали, что задано на завтра.

Сегодня же они и не думали хвастаться встречей с городским глашатаем и майором с Кастором. Мать же сразу заметила на лице Генека следы ногтей.

Около него собралось множество детей. Весь Люблин любит смотреть на проказы его собачки. На него набросилась вся компания, даже Кастор оторвал ему кусок рукава. Ну, и мы тоже надавали ему тумаков. Но он бросился только на нас. Он хотел ударить меня по лицу, да промахнулся. Зато я несколько раз съездил ему по физиономии, а он меня поцарапал. Юлик порядочно надавал ему по загривку, а я его бил в грудь, по ногам и рукам….

И оба — марш умываться! Зачем ты полез в толпу? Ведь вы должны были из школы сейчас же возвращаться домой. Разве тебе не будет стыдно, когда накажут розгами? Она села за рояль и показала им как следует играть легато и стаккато. Здесь было совершенно иначе, нежели в Люблине.

Улица была заполнена тяжелыми телегами; иногда проезжали легкие брички с ливрейными лакеями на запятках; на тротуарах толпы пешеходов спешили в разные стороны. Одни шли в сторону Медовой, к костелу Капуцинов, другие наоборот — на Пшеязд. Шарманщики с утра до вечера выводили на своих шарманках хриплые мелодии.

Ремесленники-словаки, нагруженные своим нехитрим инструментом, проволокой и жестью, выкрикивали: Только смотреть и слушать.

Тишины здесь не найдешь. Все в постоянном движении. У доктора Тадеуша Венявского в Варшаве много друзей; в большинстве случаев это солдаты года. Приятно встретиться со старыми однокашниками и дружески поболтать с ними. Каждый из ветеранов — политик, что надо. У каждого под зеленым сюртуком бьется горячее сердце мечтателя. Штабслекарь четвертого пехотного полка сидит в ресторанчике при гостинице за стаканчиком пунша и слушает доверительные признания и воспоминания однополчан.

Ах, что за прекрасный человек был капитан Домагальский. А где теперь полковник Оборский? У доктора Венявского чувствуется военная жилка; слова звучат отрывисто, будто приказания. На момент он задумывается и мягче, почти со слезами на глазах, добавляет:. Привез его показать скрипачу Панофке. Пусть посоветует, как с ним дальше быть.

Как говорится, дай боже… Выпьем-ка полбутылочки бургундского, или нет, лучше каштелянского медку. Такое дело следует вспрыснуть. Мальчик сидит рядом с отцом и, хотя в зале много интересного, ему хочется выйти на улицу.

Правда, ресторан его мало занимает. Оленьи рога и головы диких кабанов, развешанные на стенах, его не интересуют. На слуг, бегом разносящих ароматные сковороды с жареными рыжиками, смотреть не хочется. Я им прописываю разные травы — ничего не помогает. Таким даже Карлсбад не поможет. У меня есть пациент из таких толстяков. Он очень забавно выглядит рядом со своей женой, она тоже, туша — тушей. Они не очень еще старые, однако заплыли жиром….

На блестящем подносе, покрытом белой салфеткой, подали мед. Два бокала из чешского стекла с красными ободками мигом наполнились золотистой жидкостью. Доктор последовал его примеру. Папа тебе нальет рюмочку этого польского нектара. Вижу, что ты, сынок, не пропадешь.

Умеешь попасть в точку. Ведь это действительно за твой будущий успех… Не осрами меня у Панофки. В нем чувствуется вкус и запах наших цветов, наших садов. Трудолюбивые пчелки насобирали меду, чтобы сделать приятное людям. А, может быть, и ты будешь как эти пчелы? Только вместо меда будешь собирать окружающие нас звуки: В шелесте листьев, в кваканьи лягушек, в шуме хлебов и в голосе июльской грозы — своя музыка.

Надо, однако, иметь уши, чтобы запоминать все эти звуки и передать их в песнях, танцах, операх, симфониях. Сынок, сможешь ли ты? Штабслекарь Тадеуш Венявский взглянул пристально на своего однополчанина. Вот уж никогда не думал, что этот квартирмейстер может так поэтично и красиво говорить о меде, пчелах, цветах, деревьях, ветре, птицах, лесе и о музыке. Он сказал, вернее повторил:. Пусть сам маэстро Панофка проверит его способности. Учить мальчика — дело дорогое, не шуточное.

Необходимо увериться, обдумать, как его дальше воспитывать. Плохо только, что перед концертом ставят какой-то французский фарс…. Ведь Люблин известен своими концертами, театрами. Известно и тамошнее Музыкальное общество. Ваш город считается родиной знаменитых скрипачей. Кто же этого не знает? Ведь Антоний Флеминг — прекрасный музыкант, да и Францишек Солтык уже завоевал себе признание.

Францишек Суходольский — ученик Байо, устроил концерт на удивление всем нашим любителям музыки. Откуда у вас такие сведения о люблинских музыкальных делах? Но ведь вы идете на бетховенакий концерт в исполнении Панофки. Ведь скоро мне придется играть у Панофки.

Бутылка не помешала доктору и квартирмейстеру вовремя встать из-за стола. Доктор Венявокий с сыном поднялись к себе в номер. Худой квартирмейстер поплелся на улицу Фрета, где служил в каком-то казначействе.

И только на другой день, когда он очутился перед маэстро со своей скрипкой в руках, его детское беззаботное настроение несколько изменилось. Маэстро Панофка остановился в гостинице на Краковском Предместье. Как и полагается знаменитому артисту, он занимал там аппартаменты: Окна салона выходили на улицу. Маэстро уже ждал гостей. Знакомые давно уже прожужжали ему уши, говоря о способностях маленького Генека.

Не разочарует ли его действительность? Маэстро Панофка талантливый чешский скрипач, пользующийся известностью во всей музыкальной Европе. Среднего роста, плечистый, с лысой головой, окруженной венчиком черных волос, Панофка по внешнему виду ничем не отличался от обыкновенных людей. Но как мастерски исполнил он вчера вечером концерт Бетховена! Маэстро Панофка говорил со своими гостями по-французски и по-немецки, но часто сбивался на родной чешский язык.

Чихаешь после него, как из пушки. Венявский взял из протянутой золотой табакерки щепотку золотистого порошка и поднес к своему крупному носу. Музыкант последовал его примеру. Но все же это не то, что наш грубешовский табак. Пожалуйста, маэстро, попробуйте нашего, любительского…. Доктор вынул из кармана сюртука изящную эмалевую табакерку с буквами TW на донышке, а на крышке была нарисована Леда с лебедем.

Доктор получил эту табакерку в подарок от пациентов военного госпиталя, уже давно: Генек вынул свою скрипку из футляра, снял с нее шелковый чехол, тщательно натер канифолью смычок. Тихо провел им по струнам, но не настраивал инструмент.

Пусть старшие наговорятся, начихаются. Я очень хочу сыграть эту певучую медленную часть, которую я слышал вчера на концерте. Генек побежал к роялю, быстро перелистал страницы, нашел медленную часть и поставил ноты на пюпитр.

Маэстро следил за ним глазами. Мальчик взял в руки скрипку, прижал ее к подбородку и попробовал сначала струну ля. Молненосно пробежал смычком по струнам, ми и ре. Умело подвернул колки, тронул струну соль… Выпрямился и ровно, нота за нотой, сыграл всю гамму….

Затем вернулся по струнам к торжественному соль. Мальчик еле дотрагиваясь к струнам, звук за звуком рассыпал гамму мелкой дробью и затих на высоком ля. Он не снял смычка со струн, желая показать маэстро, что на смычке осталось еще много места.

Это скрипка варшавской работы! Что ни чех — то мастер. Панофка, поворачивая скрипку в руках, ласково гладил яворовую деку, покрытую лаком вишневого цвета. Взглянул на завиток, вырезанный в виде львиной пасти. Колки из черного дерева и такой же гриф, понравились знатоку.

Удобный, легкий, очень податливый… я очень ценю этого мастера. Когда приезжаю в Варшаву, непременно покупаю у него несколько смычков и дарю коллегам французам, немцам, англичанам. Генек нетерпеливо переступал с ноги на ногу. Он спешил дорваться до Бетховена. Мальчик легонько проверил настройку скрипки. Его лицо выражало сосредоточенность и внимание.

Он стал в позицию, коснулся смычком струн. И вот полились чудные звуки — первые аккорды… Широко рождаются торжественные звуки, словно начало гимна или молитвы. А может быть это торжественная песня полей пшеницы, залитых солнечным светом?

Словами этого не выразишь! Надо вслушаться и слиться со звуками всем существом. Смычок ударяет по струнам, пальцы словно когти впиваются в гриф и из-под них вырываются необыкновенные, гармонические сочетания звуков.

Кажется, что нарастающие звуки переполняют комнату. Чешский маэстро не вытерпел. Подошел к роялю и поддержал мелодию скрипки. Рука мальчика переходит из одной позиции в другую. Какая торжественная песня, хватающая за душу. Как только затихла последняя нота, маэстро Панофка вскочил и бросился обнимать мальчика.

С его уст срывались слова восхищения и удивления. Несколько успокоившись, он обратился к отцу:. Его надо сейчас послать в Прагу, Париж и учить.

Что за талант, что за слух, что за музыкальность! Там Массар сделает из него виртуоза не хуже Паганини. Мальчик стоял пораженный, не зная, как себя вести. Он, пожалуй, доволен, что и этот экзамен прошел успешно, но он мечтал совсем о другом.

Он будет играть свои произведения. У него их много. Они вырываются у него из-под пальцев. Ведь он должен сыграть людям мелодии песен своей родной люблинщины… Мазурки с размахом, с коленопреклонением, с притоптыванием, с поклонами шапкой до земли! Правда, мама говорит, что. Пан Сервачиньский и профессор Горнзель никогда не бранили его за обертаса.

Если он украшал мелодию танца разными вставками — даже хвалили его: Смело, с темпераментом, по-польски! Люблинские учители говорили мальчику:. Но Панофка заговорился с отцом. И слышать ничего не хочет, мальчик должен ехать учиться немедленно.

Разве на родине нет учителя для Генека? Ведь это еще ребенок! Он должен сначала окончить гимназию, а там будет видно. Конечно, Горнзель и Сервачиньский прекрасные скрипачи, но мальчику необходима парижская школа. Там его отшлифуют как алмаз и он станет истинной драгоценностью. Школьную премудрость мальчик одолеет походя, параллельно. Его интеллигентность — слух, его мудрость — ухо. Эти слова заставили доктора задуматься. После минутного молчания он как будто набрался решимости.

Когда вы будете в Люблине, прошу вас пожаловать ко мне. Я вас приглашаю от своего имени и от имени моей супруги. А теперь может сойдем вниз в ресторан, ведь надо же это событие по обычаю, спрыснуть чем-нибудь эдаким — поблагороднее. Я занят, договорился пополудни дать концерт у Потоцких. За один час игры управляющий уплатил мне пятьсот рублей серебром. Программа легонькая, такая себе… магнатская.

Управляющий просил, чтобы в концерте не было ничего серьезного, что могло бы взволновать графа и его аристократических гостей. Я люблю такие концерты у аристократов. Доктор из вежливости улыбался, слушал Панофку, а сам своими мыслями был уже далеко — на почте, что на Трембацкой улице. Будут ли еще места в курьерском дилижансе, отправляющемся сегодня в Люблин?

Правда, следовало бы еще повидаться с квартирмейстером. Но ему уже хотелось домой. К жене, детям, пациентам. Он простился с маэстро Панофкой и поспешил на Краковское Предместье. Генек шел рядом с отцом и с любопытством рассматривал дворцы Потоцких, Радзивиллов, монастырь ордена милосердных сестер — салезианок. На почтовой станции доктор купил два билета на сегодняшний дилижанс в Люблин. Куплю тебе на дорогу.

Сначала надо пообедать, уложить чемодан и возвращаться домой, к маме. Сентябрьские ночи бывают уже холодными. Пани Регина очень занята. Она сушит полынь и ромашку. Она насобирала много различного зелья на лекарства. А ведь надо еще заготовить на зиму всевозможные маринады, соки, наливки, варенья, овощи.

Доктор весь день возится с пациентами. День ангела, именины Регины. У семьи доктора в городе и окрестностях множество друзей и знакомых. Что-то ей подарит муж? Дети, конечно, не забудут. Да и слуги помнят о празднике своей доброй гоcпожи. Генек похож на свою мать. Стройная, высокая женщина с греческим носом, черными как вороново крыло волосами и черными глазами.

У нее красивые руки. Длинные пальцы, узкая ладонь поражают своей силой и не только тогда, когда она садится за рояль. Пани Регина — мастер на все руки. В ее руках игла превращается в волшебную палочку. Она превосходно красит кистью полы, умеет покрасить и двери и окна, умеет скроить платье, брюки или что-нибудь другое.

Если надо — превращается в столяра и мастерски работает рубанком или пилит доску для каких-либо хозяйственных надобностей. Она умеет сшить даже ботинки. По-французски говорит, словно родилась в каком-нибудь Лионе, а не в Люблине.

Своих детей она учит музыке и даже находит время, чтобы сыграть что-нибудь в четыре руки, принять участие в трио или квинтете. Сколько силы у этой слабой женщины! Сколько прекрасного, утонченного изящества! А к тому же ей приходитсячасто успокаивать расстроенные нервы мужа, привыкшего распоряжаться по-военному.

Пани Регина обрадовалась возвращению мужа из Варшавы с новостью о таланте сына и одновременно напугалась. Как же такой малыш сумеет обойтись без матери, вдобавок на чужбине? Париж — большой город. В Париже действительно есть консерватория, где могут отшлифовать талант Генека. Но ведь он еще слишком мал для того, чтобы отправить его в Париж одного. Надо, чтобы мальчик привыкал к самостоятельности. Ведь не будешь же ему до смерти нос утирать. Ведь ему надо не только уметь играть. Ему надо дать основы общего образования.

Что же это будет за музыкант, который не имеет понятия о географии, истории, математике и о природе своей родной страны? Предоставь это мне, отцу. Уж ты всегда найдешь себе заботу, не стоящую выеденного яйца.

Начиная с этого дня, каждое утро, просыпаясь ото сна, и каждый вечер, ложась в постель, в беседах о разных делах она упорно и с беспокойством возвращалась к теме отъезда Генека.

Не будет же он там одинок. У тебя в Париже брат, разве он даст в обиду Генека? А, впрочем, стоит ли думать обязательно о каком-либо несчастье? Что плохого может там с ним случиться? Ему необходимо сегодня посетить роженицу, в приемной ждут пациенты.

Им надо выписать рецепты, утешить, терпеливо выслушать их жалобы. Пани Регина в столовой проверяет, подан ли завтрак. С этими завтраками хуже всего. Редко к ним собирается вся семья. Как же бывает хорошо, когда у стола соберутся все домочадцы, и мать любуется своими сыночками, здоровыми, чистыми, с хорошим аппетитом. Она очень любит такие минуты. Только в присутствии отца дети ведут себя спокойно, а если его нет — не обходится без шалостей, тумаков, щипков под столом.

И все говорят непонятные матери слова. Действительно у них свой, никому не понятный язык. Неизвестно, откуда у них берутся такие слова. Увы, муж уже в своем кабинете. Михал пришел сказать, что доктор едет с визитом к тяжело больной. Михал направился в кухню. Долго объясняться с кухаркой не пришлось. Она хорошо знает свои обязанности и привычки хозяев. Если доктор едет в дорогу, то надо приготовить стакан крюшона и яичницу, по крайней мере из шести яиц, с грудинкой. Не помешает и кофе с молоком, мягкие, свежие булочки, масло в стеклянной масленичке с крышкой.

У них в комнате стоит шум и неразбериха. За ними смотрит старая нянюшка Марыся. Но разве ей совладать с этими сорванцами?

Ребята моются, как попало, шею и уши едва побрызгивают водой, а хозяйка потом недовольна. Но в день именин любимой мамочки все эти ежедневные неурядицы, хлопоты, выглядят совершенно иначе. К завтраку кухарка подает пирог.

Мальчики чисто вымыты, празднично одеты. Стоят у дверей родительской спальни как солдаты. У каждого в руках лист бристольского картона, а в кармане или за спиной спрятан подарок маме.

Сегодня они встали пораньше, подымать их с кровати не пришлось. Впереди самый старший Киця, то есть Юльян. На листе картона он каллиграфически выписал свои поздравления, списанные из какого-то альбома. Он ревниво оберегает свое произведение от посторонних взглядов, связав свернутую в трубку бумагу розовой ленточкой.

В уме повторяет стихи:. Стишки эти он списал и переделал. Дома у них была книга с примерами писем, поздравлений, тостов. Гук-Пук, то есть Генек, держит под мышкой лист нотной бумаги. По всей вероятности, это его первое музыкальное произведение.

Он написал его в честь именин своей дорогой мамочки. Позднее они с Юликом сыграют этот великолепный дуэт. Родители беседуют о чем-то; они, пожалуй, уже встали — в спальне слышны шаги. Когда, наконец, откроется дверь? Генек уже хотел потянуть Юлика за чуб, но воздержался. Юзик тоже не прочь потянуть брата за волосы, или дать ему хорошего тумака, но сегодня шалить нельзя: Отец не задумывается никогда.

Расправа у него короткая: На ней новая праздничная кофточка, блестящая широкая юбка. И вот, действительно, отворяется дверь. Какая же красивая сегодня мама! Рядом с ней улыбающийся отец. Юлик целует матери руку, вручает ей лист раскрашенного картона и с волнением в голосе начинает свои детские поздравительные стихи:.

Генек, тряхнул своими черными кудрями, быстро произнес свои поздравления и заявил:. Не понимаю, как это тебе удалось написать музыку. Настала очередь Юзика и Олеся. Они выстроились перед матерью, вынули большие листы бумаги и начали в унисон:.

Она вручила имениннице вязанную салфетку своей работы и пожелала счастья. Именинница поцеловала Марысю в голову. Но это еще не конец. Пришла кухарка Маргарита, очень полная женщина. Весит она не меньше двухсот фунтов, жирное ее лицо светится, как будто только что смазанное салом. И она принесла подарок — заварной кулич, покрытый сахарной глазурью с белыми буквами РВ.

Буквы эти стоили большого труда, ведь Маргарита неграмотна. Спасибо Михалу, он нарисовал буквы и Маргарита по этому образцу вылепила их из глазури. И он с самого утра пришел с поздравлением и подарком: Сегодня на столе розы! В столовой, куда ни глянь, везде цветы. Это дело рук Марыси. Гости начинают сходиться в четыре — пять. На столе уже стоит нарезанный торт.

На большом подносе множество различной закуски. Второй поднос нагружен пирожными всех сортов: На третьем подносе — бисквит, разного рода сладости, украшенные черешнями, вишнями, сливами, абрикосами…. Двери гостиной раскрыты настежь, чехлы с мебели сняты.

И везде множество цветов! Рояль открыт, крышка поднята. На стенах гостиной портреты доктора и его супруги. На столах семейные альбомы. Пол устлан большим, красным ковром. Столовая и гостиная устроены в два света. В прихожей дежурит Михал. Для маленьких гостей приготовлено отдельное угощение — в детской. Весь дом Венявских за каких-нибудь полчаса до назначенного времени заполнился гостями. Пожаловало все люблинское общество: Видны сутаны священников и мундиры городских чиновников.

Все они пришли с подарками. В городе и окрестностях любят и уважают Венявских. У подъезда дома выстроились и коляски окрестных помещиков. Это большей частью жены военных. Еще жива память о боях под Остроленкой, в Грохове. Как всегда, известия противоречивы.

Ходят слухи о проекте нового административного деления королества. Кто-то сообщил, что в Вене не дали согласия на преподавание в школах закона божьего по-польски. К тому же польская литература перестает быть обязательным предметом на философском факультете Краковского университета. Его величество не считает нужным удовлетворить просьбу сейма. Письма, что приходят из Франции, дают новую пищу пересудам на тему о мессианизме, товианизме, социализме.

Лекции Мицкевича в Коллеж де Франс взволновали умы люблинцев. Гизо провозгласил лозунг De faites partout, toujours. На эту тему немного пошутили, кое-кто серьезно верил вестям из-за рубежа.

Впрочем скоро начали расставлять пюпитры:

© Крушина - дерево хрупкое Валентин Сафонов 2018. Powered by WordPress