Варвары Крыма Андрей Левицкий, Алексей Бобл

У нас вы можете скачать книгу Варвары Крыма Андрей Левицкий, Алексей Бобл в fb2, txt, PDF, EPUB, doc, rtf, jar, djvu, lrf!

Лодки приближались к обрыву, за которым было лишь высокое голубое небо. Недалеко от водопада плыл дирижабль. Газовая емкость, перетянутая сетью канатов, состояла, казалось, из сплошных заплат, причем большинство были разного цвета, отчего рябило в глазах. Гондолой служил обитый жестью остов автобуса с медленно вращающимся сзади винтом. Лодки преследователей подплыли вплотную.

Верзила с длинными волосами ткнул дубинкой в мою сторону. Быстро нагнувшись, я достал из-под лавки обломок весла. Из-за резкого движения в темени запульсировала боль, я покачнулся и едва не упал.

Сжал зубы, тяжело дыша, расставил ноги пошире. Мутант прыгнул, и я встретил его размашистым ударом. Потеряв равновесие, он повалился за борт. Вторая лодка стукнулась о мою, и Верзила попал в нее, опрокинув лысого.

Вскочив, тот занес над головой топорик, но я метнул в него весло, как копье, и тоже сбил с ног. Сердце бешено заколотилось в груди, перед глазами поплыли круги, я привалился коленом к борту и сильно ударил себя ладонью по щеке, чтобы привести в чувство. Из воды у обрыва торчали поросшие мхом валуны, лодку несло между ними.

Гул водопада стал громче, сквозь него донесся крик бегущей по берегу татуированной женщины:. Верзила поднялся, с мычанием протянул ко мне руки. Я поставил ногу на борт, чтобы выпрыгнуть из лодки и ухватиться за валун. Посудина достигла водопада, нос выступил за край, на мгновение зависнув над пропастью. Стало видно, что обрыв тянется в две стороны огромной пологой дугой.

Поток воды ниже рассеивался, она шелестящим дождем падала к далекой, покрытой трещинами земле. Я не сумел толком оттолкнуться от борта — подошвы скользнули по влажным доскам, но зато, когда нос лодки врезался в торчащий из склона прямо под обрывом валун, мне удалось соскочить на него.

Вверху показались лодки преследователей, их закругленные носы тоже сначала на мгновение застыли над бездной, а после резко качнулись книзу. Я машинально шагнул в сторону, и нога провалилась в пустоту. Перед глазами мелькнула перекошенная рожа Верзилы с гривой темных волос, ноги другого, корма… Потом лодки вместе с мутантами рухнули в бездну, почти мгновенно растворившись в светлой синеве под ногами, а я повис на длинном узком валуне, далеко выступающем из склона. Он надвое рассекал поток воды.

Брызги били в лицо, пальцы сползали по влажному камню. Меня мутило, голова раскалывалась, но главным было другое: Не помнил своего имени. Ни лица, ни возраста… Будто черная пустота позади — и вдруг меня вырывают из нее, бросают в этот яркий солнечный день, полный непонятных, опасных событий! В воздухе висела густая водяная пыль. Фыркая, захлебываясь ею, я подтянулся, кое-как улегся на валун животом, потом, едва не сорвавшись, повернулся и сел верхом, крепко охватив камень ногами, спиной к водопаду.

Дирижабль подлетел к обрыву. Сбоку на автобусе-гондоле большие кривые буквы, написанные ярко-красной краской, складывались в слово:. Что за название для летающего аппарата? А ведь он не просто так парит там, он приближается ко мне. Далеко справа к земле от склона тянулась арка — огромная пологая дуга из светлого камня, с которой лохматыми бородами свешивались заросли плюща. Поверху, где ветер нанес земли, росло приземистое, но с необычно толстым стволом и широкой кроной дерево, своими корнями, будто долинными щупальцами, обхватившее арку.

Под корнями висели зеленые сети. От дерева к склону поднимались всадники: Дирижабль повис боком к обрыву. Перетянутая сетью канатов газовая емкость казалась мешаниной пятен всех цветов радуги. Между листами жести, прибитыми к борту автобуса, виднелись зарешеченные окна. Винт на корме больше не вращался.

Вода падала сверху, брызги летели на затылок и спину. Хорошо, что речка не слишком глубокая и бурная, а то сидеть здесь было бы невозможно. Со скрипом сложилась гармошкой дверь, и в проеме возник карлик. Узкоплечий и кривоногий, он был облачен в широченные кожаные шорты до колен и порванную на отвислом животике, заляпанную машинным маслом майку.

В ухе золотая серьга, грудь пересекает ремень, на котором висят четыре ножа. На лбу татуировка — широко раскрытый глаз с круглым темным зрачком. Одной рукой коротышка держался за край двери, другой сжимал бутылку с длинным горлышком. Задрав голову, он сделал несколько глотков.

Осклабившись, карлик допил бутылку и швырнул в меня, но не добросил — кувыркаясь, посверкивая на солнце, она влетела в поток воды под валуном. Сверху опять донесся голос, но из-за шума воды я не смог разобрать слов. Заработал двигатель, дирижабль медленно поплыл от склона, взлетая. Появившийся вновь коротышка швырнул мне веревочную лестницу, которую я ухватил за конец обеими руками.

Лестница провисла, потом натянулась, и я оттолкнулся ногами от камня. Когда я закачался под дирижаблем, стало видно, что к днищу автобуса-гондолы приварен большой решетчатый ящик с двигателем. От редуктора зубчатая передача тянулась к задней оси, по бокам которой чернели заляпанные грязью колеса, дальше через трансмиссию крутящий момент передавался на рокочущий позади автобуса винт с широкими лопастями.

Двигатель тарахтел, сотрясая решетчатый ящик, гудел редуктор. Пальцы сразу заныли, и только после этого я обратил внимание, что костяшки красные, распухшие, а некоторые ногти потемнели и расслоились. То ли я очень серьезно дрался с кем-то совсем недавно, то ли пальцы мне выкручивали и зажимали в тисках. Боль в затылке иногда почти стихала, но потом усиливалась, и тогда перед глазами плыли круги.

А еще мне постоянно казалось, что окружающее покрыто рябью — будто мелкие темные волны набегали на рассудок, мешая мыслить связно. Водопад пропал из виду, дирижабль начал разворачиваться. Интересно, каким способом меняется подъемная сила, как этот карлик заставляет свою машину то взлетать, то опускаться? На берегу речки у обрыва столпились люди во главе с татуированной женщиной. Отвернувшись от них, я ухватился за сложенные гармошкой створки, и тогда в лицо мне уставился ствол большого револьвера.

Хозяин дирижабля с натугой удерживал его одной рукой, стоя в шаге от проема возле толстой железной трубы, идущей от пола к потолку автобуса. Вторую руку, с ножом, он слегка отвел назад, будто раздумывая, что всадить в меня, пулю или клинок. Несколько мгновений он рассматривал меня своими прозрачными глазами, затем попятился и сунул нож в петлю на перевязи. Все четыре ножа были разных размеров — самый маленький висел ближе к плечу, самый большой внизу — и вид имели самый зловещий.

Кривые рукояти из рогов, клинки в мелких зазубринках…. Не бойся, я тебя не трону, малыш. Вдруг решишь меня вниз столкнуть и улететь на термоплане? Э, погодь, большак, а ты ее не знаешь, что ли?

Вы ведь с ней… Так, ладно, лестницу за собой втяни и на месте стой! Кабина и задняя половина автобуса были отделены перегородками из фанеры, в среднем отсеке вдоль стен стояли лавки.

В кабине сквозь проем двери виднелся штурвал, кресло и рычаги. От вертикальной трубы, соединяющей пол с потолком, шло тепло. Я прикинул, что решетчатый ящик с движком и редуктором находится как раз под ней.

У трубы стояли четыре железных короба, соединенные гофрированными шлангами… ну да, баки с топливом. Я начал втаскивать веревочную лестницу, конец которой крепился к двум крюкам в полу. Карлик нырнул в кабину и по короткой приставной лесенке забрался в кресло. Схватившись за штурвал, локтем передвинул рычаг. При этом он то и дело косился на меня, не опуская револьвер.

Сквозь дырявый потолок, в котором виднелась нижняя часть емкости, донеслось шипение. Гондола слегка качнулась, и за окном все поползло вверх. Он что, каким-то образом выпускает газ из емкости, а если надо взлететь — при помощи тепла от двигателя нагревает тот, что остался? Долго так не полетаешь, газ надо закачивать новый. И стой возле нее, я в тебя целюсь! Слово пробудило смутное воспоминания — дикие земли с развалинами брошенных городов, редкие поселки, бродяги, фермеры и бандиты… Так называется вся эта местность вокруг.

Но карлик упомянул какой-то Крым. Гора… ну да, точно, он сказал: Кажется, я именно отсюда, с Крыма, но…. Темная волна накрыла меня — окружающее смазалось, потом исчезло, уступив место тускло освещенной комнате, посреди которой, склонив голову к плечу, стоял сгорбленный человек со спицей и тонким крюком в руках.

Он что-то говорил, хотя дребезжащий, надтреснутый голос его мало напоминал человеческий. Дикие земли населены мутантами по территории от Херсона до Севастополя. Эти Руины городов находится не только на территории от Херсона до Севастополя, они проходят от Москвы до Киева.

На них абсурдные персонажи моются топливо и пищу. Набеги разбойных кланов отбивают фермеры, которые бывают редко. Бандиты, варвары, преступники и бродяги обитают на необъятных просторах земной поверхности. Война кланов началась в Крыму посреди гор. Топливные Короли контролируют Московскую территорию. Монахи ордена чистоты истребляют мутантов в Киеве. Объектом смертельной охоты становится главный герой произведения. С помощью определенных сведений, Злые силы хотят уничтожить Крым.

Информацию они хотят выбить из главного героя. Вы сможете более подробно узнать в книге, какая же катастрофа постигла эту цивилизацию.

© Крушина - дерево хрупкое Валентин Сафонов 2018. Powered by WordPress