Ржавые земли Максим Хорсун

У нас вы можете скачать книгу Ржавые земли Максим Хорсун в fb2, txt, PDF, EPUB, doc, rtf, jar, djvu, lrf!

Будь моя воля, всех бы забрал! Но только вот беда — места в машине не хватит! К Краснову подошел Джавад-заде. На стол легла пухлая стопка пожелтевшей от времени бумаги. Следователь поднес к глазам верхний лист. Написано Павлом Рудиным… когда?! Поэма о море и моряках? Откуда, интересно, она здесь взялась? Рядом с первой стопкой легла вторая. Джавад-заде едва заметно усмехнулся: Середа от любопытства вытянул шею.

Брови Краснова взлетели к залысинам: Я сказал… Я увидел… Я пошел… Надеюсь, изложено с подробностями? Ага, вижу-вижу… Молодца, гражданин Подзаборный! Краснов прочитал еще абзац, подергал себя за усы. И будто тень легла на лицо старшего следователя. Соседи свободны… Пока свободны! Подзаборного — в авто. За оббитым латунью комодом скрывалась ниша, и в этой нише что-то темнело. Джавад-заде снял прилипшую к усам паутину, опустился на колени и сунул руку в последний тайник.

Длинные обезьяньи пальцы нащупали продолговатый сверток. Не спешите, а то успеете! Обыск — это тоже искусство! Он потянулся и достал сверток. Сидя на полу, развернул заплесневелую мешковину. Заиграла, заискрилась находка в лучах из оконца. Осторожно, словно боясь уронить и разбить, Джавад-заде поднял витой рог из прозрачного стекла. Ему хотелось бы, чтоб под мешковиной оказался пистолет или какое иное оружие.

Джавад-заде выругался, бросил рог на кучу хозяйского тряпья. Зашипел и принялся вытирать руки об гимнастерку. Одинокая, незамеченная никем искра янтарного цвета беспокойно металась внутри стеклянной безделушки.

Искра нуждалась в чьей-то воле, чтобы выплеснуться наружу огненной дугой. Дугой, способной обратить железо в пар. Теперь понятно, почему в Москве начался сыр-бор, едва кто-то прослышал о нашем Подзаборном. Этот Рудин замешан в государственных интрижках старого режима.

Тятя-тятя, наши сети притащили мертвеца! За окнами воронка зеленел свежей листвой Катынский лес. Дорога вилась и петляла, но ехать недалеко: Потом березы расступились, и впереди показалось двухэтажное здание, похожее на дворянское имение. Здание окружали приземистые хозяйственные постройки, а проезд к нему перегораживал шлагбаум. Откуда-то издалека услужливый ветер принес грохот ружейного залпа: Иван Хлыстов всей душой ненавидел людей.

Невозможно было найти во Вселенной что-то еще, что вызывало бы в нем столь всепоглощающее темное чувство. Он заразился ненавистью к себе подобным, когда жил в мире дворян и жандармов.

После двух лет, проведенных в ржавых пустошах, болезнь завладела им полностью. Новая коварная земля таила в себе сонм опасностей. Хлыстову доводилось сталкиваться с тварями, уродливыми, как Сатана, и как Сатана же злобными. Мохнатые, многоглазые вурдалаки с головами, похожими на больших блестящих жуков… Металлические пауки, убивающие светящимися нитями… Исполинские химеры без лиц… Теперь его ничем не испугать. Раскланяется со швейцаром, затем пристрелит его.

Войдет внутрь, как к себе домой, и рванет бомбу… Теперь его не остановить. Только люди куда хуже этих безобразных тварей. Здесь люди убивают, зачастую исподтишка, и едят других людей. Здесь никому нельзя верить, здесь нужно остерегаться всего и каждого. Вот — трое бредут по щебнистому склону пригорка. Ветер — владыка пустошей — треплет форменную одежду.

Иван Хлыстов лежит, упираясь локтями в жесткую подстилку из охряного мха, и в бинокль рассматривает незваных гостей. Ухоженная винтовка с примкнутым штыком у него всегда под рукой. Пришельцы вооружены, злы и бородаты. Голод заставляет их рыскать по пустошам, пересекать немыслимые порой пространства. Они — акулы пустыни. Жрут всё, что попадется на глаза.

Нет, они куда опаснее акул! Акульей ненасытности пошла в услужение человечья смекалка. И не стоит забывать об оружии. Долго заживали на теле раны после одной памятной встречи. Ему выпало суровое испытание: Ни воды, ни еды, только колючие ветки перекати-поля, похожие на мотки медной проволоки, безучастно проносились мимо. И вот на горизонте возникли человеческие фигурки. Он по-прежнему ненавидел людей. Но он нуждался в помощи и умел здорово притворяться.

Они вцепились в него зубами, точно одичавшие псы, они рвали его: Не так прост старик, как просто и постно его рыло свинопаса. Вроде смирный и даже напуганный, но нос держи по ветру! Что-то реформируют, а затем — перереформируют, начальство меняется с пугающей быстротой: Дашь маху, и сам по пятьдесят восьмой отправишься мерзлоту ковырять или вовсе подопрешь стенку.

Хотя у них в Западной области даже к стенке не ставят. И когда в Управлении полетели головы, выяснилось, что тихий и плохо говорящий по-русски майор Оганесян который год сбывает липовые паспорта. Где, спрашивается, теперь их искать?.. К счастью, один из них далеко не уехал. Или дело у него какое-то было под Смоленском, или попросту уверился в безнаказанности и начхал на компетентные органы. Краснов про себя выругался, чиркнул спичкой. Другому бы въехал кулаком в ухо за гонор.

А этот — шпиён как-никак. Такого даже бить сразу неохота. Тошно становится, когда мужики сиропятся. Ты ведь не станешь сиропиться? Будто только сейчас заметил недостачу фаланг. А Джавад-заде тем временем упорно переворачивал дом вверх дном. Весь дом — вверх дном. Он даже влез в печь и вынул на стол горячий горшок.

В горшке оказалась пшеничная каша, заправленная свиным салом. Он-то точно сражался на стороне людей. На стороне трудового народа. А за кого воевал этот притворяющийся мужиком дед? В каких парижах и лондонах он переждал удалое время революции и гражданской войны?

С какой целью проник в глубинку и затаился? Во дворе зазвучали голоса: Краснов прогнал лишние мысли прочь. Предстояло закончить с формальностями, а дедукция… Дедукция не наш метод. Двое нехотя переступили порог. Мужчина — ровесник Подзаборного, неопрятный бородач; женщина — лет пятидесяти, одетая в бесформенное платье и с проеденным молью платком на полных плечах. Окинул ледяным взором трясущуюся парочку. Успел он налюбоваться подобными персонами: Расскажут о том, чего никогда не видели.

Середа отодвинул горшок с кашей на край стола, достал бумагу и письменные принадлежности. Ровненькие буквы медленно ложились на бумагу. Он тоже знал свое дело — бывший пулеметчик Славка Середа — и старательно заполнял бумаги, которым предстояло лечь на стол товарища Блада. А может, и самому… самому! Подзаборный курил, чуть подкашливая на затяжках. На соседей глаза не поднимал, шевелил пальцами босых ног. А ногти на ногах были у него ровненькие и розовые — как у отрока.

Краснов почувствовал прилив сиюминутной неприязни к старику: Со стороны могло показаться, будто старику совестно. Хотя, если задуматься, откуда у шпиона возьмется совесть? Никак мечтал сухим из воды выйти.

На самом деле хозяин знал, что у соседа, бородатого деда Гриши, сердце ни к черту. Стоит на крыльце высокий старик, большие крестьянские руки на груди сложил. Оделся, умылся, даже, кажется, причесался. Хотя причесывать ему особенно нечего — так, приладил серые клочки вдоль шишковатой лысины.

Теперь понятно, почему ему удавалось скрывать происхождение столь долго — с эдаким-то рылом! Из воронка вылез Середа. Крякнул, распрямляя затекшую спину. Окинул ухватистым взглядом бывшего пулеметчика соседние дома и, не обнаружив замаскированных огневых точек, тут же закурил дымную папиросу. Всю ночь он продрых, бессовестно пристроив кучерявую голову на плече Середы, и теперь тщетно пытался справиться с зевотой.

На человека, из-за которого они полночи тряслись по проселкам, Джавад-заде глядел с откровенной скукой. В машине остался только водитель: Краснов откинул легкую калитку.

Двинул уверенным шагом через заросший лопухами да спорышом двор. Из-за угла дома наперерез старшему следователю кинулась дворняга — хвост бубликом. Защелкала зубами, а затем заверещала и метнулась под крыльцо, едва не заработав под брюхо крепким сапогом. Краснов заметил, что пальцы на левой руке старика неестественно коротки — шашкой, что ли, подровняли? Но Джавад-заде уже просочился между ними, растворился в коричневой тени за спиной хозяина.

Он знал свое дело. Сразу же послышался звон посуды и бряцанье падающих на пол вещей. Вы б сказали, чего ищите, я бы, может… может, говорю…. Он еще не успел определиться, как вести себя с этим человеком. Товарищ Блад приказал доставить Подзаборного П. Первая мысль, которая пришла в голову старшему следователю, казалась невероятной. Неужели перед ним настоящий шпион, враг советского народа, вредитель и сволочь?

Ведь не ради красного словца товарищ Блад предупреждал громким шепотом — делом этим заинтересовались в самой Москве. Не так прост старик, как просто и постно его рыло свинопаса.

© Крушина - дерево хрупкое Валентин Сафонов 2018. Powered by WordPress