Небо империи. Князь без княжества Анатолий Минский

У нас вы можете скачать книгу Небо империи. Князь без княжества Анатолий Минский в fb2, txt, PDF, EPUB, doc, rtf, jar, djvu, lrf!

Дайте пару месяцев, и гвардия наведет порядок. Вы — человек чести, вашего слова хватит. Обратите внимание на главное требование контракта: А если какая-то корреспонденция придет на ваше имя, например — пересланная служанкой из Кальяса, ее переправят вам в течение трех дней. Три дня пути на юг? Прим-офицер у двери обманчиво спокоен. Его она уложит, если ударит внезапно, герцог слишком нескладен, чтобы выступить серьезным противником.

Но с боем прорываться через весь замок? Убивать людей, ни в чем перед ней не повинных, и, в конце концов, самой нарваться на пулю? Вельможа припер ее к стене, принуждая к выбору: Ну, или попасть в тюрьму в качестве носительницы неприятной тайны, что семья Ванджелисов на время смуты укрыта в замке в трех днях пути южнее главной резиденции.

Типовой, предусматривает расторжение, если наниматель умышленно ввел наемника в заблуждение. Значит, при малейшем поводе с их стороны Иана вправе разорвать сделку без какого бы то ни было урона собственной чести. Рука вывела подпись на обоих экземплярах. Возникло гадкое ощущение — расписалась под продажей души дьяволу. Выпроводив Иану, герцог с энтузиазмом потер узловатые ладони. Он увидел то, что хотел увидеть. Провинциалка, наивное дитя прошлого века, и достаточно хороша собой, чтобы северянин из такой же глубинки сходил по ней с ума, не гнушаясь проткнуть шпагой любого, случайно затесавшегося на пути.

Доставленное спустя пару часов письмо Мейкдона разрушило благодушное настроение. Проклятый тей Алайн отказался от должности и бросился на запад за своей возлюбленной! Соответственно, рухнул самый быстрый и осуществимый план восстановить целостность державы. Шантажируя молодого офицера пленением Ианы, нужно не только давать ему указания о поведении на посту, но для начала заставить хотя бы занять его!

Дайорд в раздражении швырнул на стол послание фиолетового. Надо же, расчетливый Мейкдон промахнулся в очередной раз. Стареет… Но каков нахал этот мальчишка! Выскочки из провинции на все готовы, лишь бы пробиться на высшие должности. А тут ему, мелкому безземельному дворянчику, на блюдечке преподносят трон! Да, чисто номинально, весьма временно. Но это — головокружительный карьерный прыжок.

Отказался… Что он о себе возомнил! Дражайшая супруга и чада не могли догадаться, прощаясь, отчего владетель Нирайна черен как туча и с трудом сдерживает бешенство. Они оставили его, растворившись в вечерних сумерках. В небо поднялись гвардейцы. Иана, к ее немалому удивлению, узнала среди улетающих двадцатидвухлетнего сына герцога, что усилило и без того основательные подозрения.

Уж ему-то отец мог доверить дела охранные! Между тем тея Дайорда ждали новые неприятности, настигнувшие после захода солнца. Мессир Палла собственной персоной проследовал в тот же кабинет. Тучная фигура и мясистое лицо выразили нервозное беспокойство, которое визитер и не пытался скрыть.

С таким трудом и затратами уготованная операция разваливается из-за глупейшего переворота. Вы знаете, в какую груду золота мне обошелся подводный корабль? В подобном тоне компаньоны препирались еще добрый час, потом несколько успокоились. Палла, разобравшись с положением на восточном побережье океана, заявил о немедленном возвращении в Ламбрию. Учитывая время на трансокеанский переход, новость об убийстве Эдранов и смене власти в Леонидии разминулась с ним.

Теперь нужно поспешать в Арадейс и оттуда в Атену, чтобы срочно изменять торговую политику, пока конкуренты не опередили. С расстояния в полсотни шагов ни за что не догадаться о наличии здесь морского сооружения. Полоска скал на берегу Нирайнского залива обрывается сразу в глубину. С другой стороны этой небольшой гряды выстроены склады, к ним ведет мощеная дорога.

А под скалами обширный грот, укрепленный и расширенный, с подводным выходом в залив, перегороженным стальной решеткой. Одна только съемная изгородь обошлась в небольшое состояние! Снаружи за ней на дне залива начинается тайное кладбище каторжников и ламбрийских военнопленных, жизнью заплативших за сохранение секрета строительства. Исполинская подводная лодка напомнила кита. Железное тело, длиной в добрую сотню шагов, чуть покачивалось на швартовах, повинуясь колыханию воды в подскальном гроте, освещенное десятками газовых рожков.

В середине палубы вознесся высокий горб единственной надстройки, впереди него открыт длинный узкий люк. Выгрузка контрабанды закончена, в утробу ссыпаются ящики со слитками цветных металлов. Их перевозка столь экзотическим способом превратилась в убыточную. Пэр Ламбрии и герцог Икарии рассчитывали, что после окончания войны между империей и королевством экспортно-импортные пошлины снизятся, устранив главную причину столкновения на долгие годы вперед, но останутся достаточно высокими, чтобы окупить вложения партнеров за счет контрабанды, не отчисляя в казну Леонидии ни серебрушки.

Сейчас имперские офицеры носа не кажут в порт, вся торговля и без подобных ухищрений в распоряжении герцога. Такая же ситуация в Оливии, главном порту Южной Сканды, и в Злотисе. Но если тамошние правители держат в руках и добычу ископаемых, и транспортные пути, что им стоит приступить к взиманию пошлины при поставках руды и металлов в другие области Икарии? Аделфия перестает быть интересным местом для контрабанды. А ведь собирались строить железную дорогу от порта до русла Леоны, чтобы часть пути грузы преодолевали по реке, потом по рельсам, незначительную долю объема показывать имперским инспекторам и приплачивать им за крепко закрытые глаза на беспошлинный вывоз основной массы неведомо каким образом.

Без этого лодка — просто огромная игрушка. Больше половины ее корпуса занимают воздушные баллоны. Паровая машина крутит не только гребной винт, но и нагнетатель, закачивающий воздух в те баллоны под немыслимым давлением, его силой корабль приводится в движение под водой, когда топка погашена. Разумеется, океан ей своим ходом не переплыть, запас воды и угля ограничен. Она курсирует между гротом и торговым судном, бросившим якорь за пределами доступности портовых имперских ищеек.

Всплыв ночью, становится борт о борт. Вновь разводятся пары, закачивается воздух, которого достает едва ли на час подводного хода, когда судно полностью скрывается под волнами, оставив на поверхности лишь медную зрительную трубу со стеклянной линзой. Они не рады выходу на сушу, никто их не выпустит в город по кабакам из-за секретности.

С трудом сохранив деловые отношения с Паллой, герцог приготовился к не менее сложной встрече с Алексом. Если с ламбрийским пэром они разговаривали на одном языке и думали одинаково, то предсказать, что родится в переполненной романтическими бреднями голове юного героя — намного сложнее.

Но первый прогноз сбылся, не найдя предмет своего вожделения в Кальясе, тот немедля примчался в Нирайн. Стоит ли говорить, к прибытию парочки имперских гвардейцев герцог Ванджелис укрепился в намерении не отступать ни на волосок от своих требований, выстроенных в его планах, как артиллерия перед битвой. Алекс с Гораном опустились на башню замка на следующее утро после прощания главы клана с семьей и убытия подводной лодки. Они преодолели путь до Нирайна быстрее, чем Иана и ее сопровождающий. Замок построен под старину.

На самом деле ему и сотни лет не исполнилось. Отдельные картинки с худыми надутыми физиономиями не создали впечатления древности рода, даже если мобилизованы троюродные тетушки хозяев.

С апартаментами Мейкдонов и, тем более, императорскими жилище Ванджелисов не сравнить. Зато уютнее, лучше вентиляция, меньше сырости, даже в переходах и галереях, где нет поблизости горящего камина.

Прогресс в зодчестве не стоит на месте. Герцог произвел на Алекса столь же отталкивающее впечатление, как и на его возлюбленную. Вдобавок в кабинет набился десяток из личной стражи, а визитеров попросили сдать револьверы. Горан выразительно погладил эфес шпаги, однозначно намекая компаньону — при необходимости отсутствие огнестрельного оружия не помешает сделать дюжину местных дамочек вдовами.

Начало встречи крайне не понравилось властителю. Он зыркнул на караульного прима, осмелившегося привести второго гвардейца вместе с Алексом, хотя тот был не виновен, получив приказ доставить молодого тея вниз одного и без насилия. Попытка разделить столичных гвардейцев непременно привела бы к нешуточному насилию.

В первую очередь — в отношении караульного наряда. Но, так или иначе, общение началось не с той исходной диспозиции. Вдвоем — это уже не один. Но для начала прошу присесть. И я не вижу препятствий к вашему с ней воссоединению, если согласитесь на простые условия, — увидев нетерпеливый жест северянина, быстро добавил: Тей Дайорд не собирался отвечать на вопросы случайного гвардейского фалько.

Фактически приходится отвечать на вопрос второго гвардейца. Черт бы побрал столичных наглецов! Тонкие уши вспыхнули огнем. Мальчишка смеет хамить самому герцогу в присутствии его людей, в собственном доме! Да и нужен ли столь ершистый ставленник? Все предварительные маневры и заготовки рухнули в одночасье.

Пришлось сходить сразу с единственного козыря. Это и есть условие, а ее пребывание у меня в гостях — залог вашего благоразумия. Только Горан мог оценить, каких усилий Алексу стоило удержать руку. Чем сохранять спокойствие, значительно проще совместить вытаскивание шпаги с прыжком вперед. Там — выпад в горло самонадеянного вельможи, до которого жалких четыре шага, а потом воспользоваться сумятицей синих гвардейцев, тесно сгрудившихся в небольшом кабинете для вящего спокойствия хозяина.

Чувствуя, что победа близка, Ванджелис несколько расслабился. Он обогнул стол и с уверенным видом опустился в кресло. Сцепленные пальцы, напоминающие скрученные корешки непонятного дерева, легли на столешницу. Герцог мазнул взглядом гвардейцев, продолжающих находиться на ногах, и больше не предложил садиться. Не далее как вчера я отослал ее в достаточно уединенное место. Охрана многочисленная, имеет указание не допустить отъезд синьоры Лукании любой, я подчеркиваю — любой ценой.

Впрочем, при отсутствии ваших сумасбродных попыток ей там безопасно и вполне удобно. Здесь слишком воняет тухлятиной. Он довольно бесцеремонно распихал двух синих, перегородивших выход.

На галерее, подальше от окон, Алекс ухватился руками на перила, рассматривая с донжона внутренний дворик, словно самое интересное место на свете. У нас нет выбора. Просто не хочу, чтобы ушастый глист почувствовал, будто легко нас сломает. К концу моего регентства нам стоит особенно опасаться отравы в еде и кинжала в спину.

Атрей неожиданно засмеялся и на недоуменный взгляд друга пояснил причину внезапного веселья. Это ж мне, чтоб с тобой выпить, придется в канцелярии записываться на высочайшую аудиенцию. А дворцовому секретарю придется включать в расписание — высочество в грядущий четверг соизволит августейше набухаться до синих соплей. Ванджелис — та еще гнида, но действует по наущению твоего друга Мейкдона. Ты его протеже, а пленение Ианы — лучшее средство призвать тебя к послушанию, добровольно ли нацепишь на голову суррогат имперской короны, или бесчестные твари заставят подлостью и обманом.

Я, грешным делом, ждал, что ты положишь герцога на месте. То есть кровушки их попили бы от души, а выбрались бы — вопрос. Но ты молодец, что сдержался. Когда дело касается Ианы, лучше не рисковать. О своих бабах рассуждаю по-другому, потому что они сплошь — кабацкие шлюхи. Она же для тебя много значит. Но иногда не выберешься на сушу, не одолев болото. Тину и грязь будем счищать после. В герцогском кабинете, куда их впустили без малейших проволочек в приемной, офицер снова заговорил, но таким тоном, что его голосом можно было заморозить озеро.

Естественно, в сопровождении Ианы. В деле, судьбоносном для будущего страны? Как вы еще наивны. Вряд ли Ванджелис подозревал, насколько он приблизился к смерти в этот момент.

Но ему было суждено пережить текущий день, как и многие другие. Я, тей Алексайон Алайн, принимаю на себя обязательство нести бремя князя-регента Икарийской империи, прислушиваясь к мнению упомянутых особ. А по окончании срока обязательства прошу синьора Ванджелиса дать мне удовлетворение на дуэли с условием смертельного исхода в связи с нанесенным оскорблением — неверием тейскому слову, чем замарана моя дворянская честь.

В кабинете повисла тишина. Какой-то щенок фалько бросает вызов герцогу?! Мы сойдемся перед коронацией избранного императора. Князь-регент империи всяко выше, чем местечковый предводитель провинции, лишенной полезных ископаемых и раздираемой восстанием. Столичные гвардейцы развернулись к выходу.

Но герцог, униженный в присутствии своих людей, находящихся в количестве, исключающем неразглашение пикантных подробностей аудиенции на весь Нирайн, кинул в спину неотразимый уничижительный элемент. И что же поставишь на кон перед дуэлью с герцогом, нищий дворянчик? Каждый тей ставит все, что у него есть.

У меня скопилось небольшое количество золота, да и в должности регента, смею надеяться, что-то перепадет. Вы не хотите ставить герцогство? Ну же, Дайорд, зачем вам оно в могиле? У вас, насколько я наслышан, есть взрослый сын? Если возраст и дряхлые кости самому не позволят выйти к барьеру, я с легкой душой застрелю или заколю его вместо вас. А моя фамилия не моложе вашей. Да, мы беднее, но это поправимо, зато сохранили благородство.

Отсутствие чести не исправишь! Тот, считая честь попранной, пытался достать тебя любой ценой. За день они отмахали максимальное расстояние, Сила иссякла настолько, что не хватило бы на драку.

Горан, необычно молчаливый, не уделил внимания ни женщинам в таверне, ни вкусу легкого вина. Шутливое с виду обращение последовало за долгими раздумьями. Ну, и подкинь золотишка из трофеев Сиверса. Не хочу привлекать внимания добычей новых. Для этого толпа не нужна. А вот потом — помощь не будет лишней, если не справлюсь. Я прячу крыло, переодеваюсь и возвращаюсь в Нирайн. Узнаю место заточения Ианы. Потом нахожу аргумент, неоспоримый для герцога.

Например, беру в заложники его сына. Как ты смеешь ставить себя на одну доску с этой бесчестной гнидой? От возмущения Алекс отшвырнул вилку с ножом, заработав косые взгляды с соседних столиков. С дочерью я перегнул палку. А прихватить недоросля, не причиняя вреда, очень даже уместно. Его отец объявил нам войну, сам поставил себя в условия, когда негоже расшаркиваться и звать секундантов.

Как бы не так! Потому синий не поверил твоему слову. Я-то знаю, что оно крепко. Получив Иану, ты бы не начал борьбу против ушастого. Он создал себе неприятного врага, хотя и у тебя положение не лучше: Зато и друзья на зависть.

В этот вечер фалько-офицер был не один, пусть впереди долгие дни перелетов до Леонидии. Там — тоже друзья. Так сложилось, что до отлета из столицы из-за дуэли Терона она практически непрерывно находилась с кем-то. С отцом, с дядей, с Эрландами. Самый трудный и, что лукавить, самый счастливый период жизни пришелся на путешествие с Алексом. Пейна Ванджелис, синяя герцогиня, пытается быть милой. Уроженка Оливии, откровенно ограниченная, чтобы не сказать — глупая до невозможности, она отличается яркой южной внешностью, под стать самой Иане, порождая предположение, что властитель Аделфии взял ее в жены чисто для совершенствования породы, компенсируя изъяны собственного вида.

Орайон старше Алекса на год, выглядит улучшенным подобием отца, тоже высокий и узкий, но без анекдотических ушей и дистрофических плеч, словно Создателем приспособленных для проникновения в тесные щели.

Одновременно робок, сущий теленок. Очевидно, ему действительно не стоило перепоручать охрану матери и сестры. Последняя — обычное избалованное дитя четырнадцати лет, к тому же плохо летающее, отчего недлинная дорога в один суточный рывок растянулась на обещанные Дайордом три дня. О двух гвардейцах лучше не вспоминать. Да, в бою их шпаги пригодятся. Может, как-то проявит себя и Орайон. Но ни один из них не был в реальной схватке!

Только дуэли до первой крови, иначе говоря — безобидной царапины. Зачем-то герцог решил удалить Иану из Кальяса и Нирайна. Это станет понятным в течение недели-двух. Если не будет вестей, нужно что-то предпринимать. Но пока неясно — что именно. Маленький отряд в черных плащах, надетых для конспирации, как и летные маски, не снимаемые в общих залах гостиничных заведений, прибыл в неприметный городок Дайокс, больше похожий на поселок, на большинстве карт империи не обозначенный.

Будущая резиденция показалась издалека, даже не замок, скорее — форт на скале, у подножия окруженной стеной. После снижения Иана оценила предусмотрительность Ванджелиса. Форт невелик, но идеально приспособлен для защиты малыми силами. Укреплен снаружи и внутри. Сбежать из него так же трудно, как и проникнуть. Только на верхнюю площадку можно спланировать на посадке: Снизу достаточно просто преодолеть стену, а взобраться по скале, минуя единственную дорожку, также проблематично, особенно под огнем из бойниц.

Можно, конечно, подтянуть орудия. Но не приучены наши пушкари, насколько помнила Иана основы военного дела, палить с таким углом возвышения! Поэтому форт Дайокс падет, только заваленный трупами осаждающих сверх всякой меры, либо сдастся после многомесячной осады, лишенный припасов, достаточных для поддержания жизни дюжины теев и четырех десятков простых военных. Устроившись в офицерской комнатке, сильно напоминающей чулан по площади, девушка принялась изучать форт изнутри, гадая, от какой напасти герцог решил здесь спрятать семью.

Устройство крепостицы выучила за час, загадка ссылки в Дай кос не то что не раскрылась — даже не покрылась трещинками. От добросовестности, а также желания не терять времени зря, Иана как-то устроила на верхней площадке башни маленькую проверку Орайону и двум гвардейским унтерам.

Сначала попросила их фехтовать между собой, потом сама вышла на центр с парой длинных кинжалов. Сын герцога смутился как всегда и неловко принял стойку, отставив левую настолько далеко назад, что, казалось, нащупывал там мамкину юбку, чтобы ухватиться. Учитывая наследственную длину рук, выглядел при этом более чем комично.

Движения герцогского отпрыска показались нарочито замедленными. Иана легко перехватила левой рукой клинок, зажав его между лезвием кинжала и крючком гарды, острием второго ткнула в кружевной воротник Орайона.

В шпаге я не силен. Отец считает холодное оружие устаревшим и заставлял меня больше тренироваться с револьвером. Иана, почувствовав скрываемое веселье, цыкнула на них и пригрозила проэкзаменовать позже. Затем попросила револьвер Орайона, из которого высыпала патроны.

А пока попробуйте быстро достать его и защититься, если я угрожаю кинжалом. С неожиданной для самого себя прытью молодой человек рванул оружие из поясной кобуры… и с разочарованием почувствовал, что пустой ствол в момент щелчка глянул в сторону, кисть заныла от удара ребром крепкой ладошки, а кинжал снова уперся в воротник. Лишь командир гарнизона, пожилой тей, из-за тучности предпочитающий более не пользоваться крылом, оказался сравнительно подготовленным воином, на его попечение Иана сдала недоученных гвардейцев.

Сама занялась Орайоном, впервые в жизни ощутив себя в амплуа наставника, не считая уроков верховой езды, преподаваемых госпоже Еве. Наследник громкого титула проявил способность попасть в сосну из револьвера с пятнадцати шагов, если та стояла смирно и не раскачивалась. Иана, чье беспокойное сердце не утихомирил даже щедрый гонорар, прописанный в контракте, поняла, что не сможет подготовить из синего второсорта что-либо стоящее в бою, не имеет времени заниматься с ними фундаментально, начиная с азов — правильных стоек, основных движений, упражнений на ловкость и реакцию.

Можно, конечно, рассчитывать на общий невысокий уровень воинов западной окраины, но для нападения на семью герцога, если такая опасность существует, некий таинственный враг запросто решится пригласить наемника класса ее дяди, тоже уроженца Аделфии.

Разве что дядя никогда бы не согласился на низость, в отношении других гарантию дать сложно. Поэтому Иана поступила самым простым образом: Так она заполнила пустоту дней, но не пустоту в душе.

Потом заметила, что сын герцога начал в нее влюбляться. Взгляды, вздохи, преувеличенная старательность. Во время конных прогулок — непременно подать руку, придержать стремя, лично отвести ее лошадь в конюшню или вывести, проверив затяжку подпруги. Чуть что — румянец смущения на все по-отцовски неказистое лицо, чуть подправленное яркостью черт, унаследованных от матери. Вероятно, благодаря ее крови у сына к двадцати двум годам вполне взрослые жесткие усики, черная бородка клинышком, что не делает взрослым самого Орайона.

Иана, не носившая шпаги и предпочитавшая малые по размеру орудия убийства, ей владела и то лучше охраняемой персоны, поэтому по мере сил пыталась заставить его научиться отражению хотя бы простейших атак, чтобы продержался пару секунд, пока не поспеет помощь. Они выезжали вдвоем к северной дороге, ведущей к Нирайну, стреножили лошадей и упражнялись, приминая сапогами яркую весеннюю траву в дубраве, начисто лишенной подлеска. Если бы Иана попыталась вообразить наемного убийцу, подосланного к семье Ванджелисов, она представила бы его приблизительно так же: Главное — твердый и даже чуть-чуть сочувствующий взгляд водянистых глаз.

Он был одет в черный плащ, не выдающий принадлежности ни к какому человеческому сообществу, в простой коричневый камзол и такого же цвета шаровары, шляпа на голове, ботфорты на ногах. В одеянии нет ни малейшего намека на тейское происхождение, но телосложение и манера держаться с непоказным достоинством позволяют строить любые предположения.

Словом — опасный, безжалостный и совершенно незнакомый тип. Орайон выхватил револьвер, щелкнул курком… и вспомнил, что расстрелял барабан на утреннем испытании. Револьвер Ианы в седельной сумке. Меж тем седой незнакомец спрыгнул с коня и шагнул к упражняющейся парочке, к слову, также одетой для всевозможного сокрытия тейского дворянства. В такое утро чрезвычайно любопытно увидеть дуэль юноши и девушки, особенно если девушка явно одерживает верх.

Оба, принятые за дуэлянтов, не сговариваясь, повернули клинки в сторону новоприбывшего, даже не обнажившего шпагу, но не кажущегося от этого менее зловещим. Пока Иана лихорадочно соображала, как выпутаться из щекотливого положения, в далекой Леонидии происходили не менее драматические события.

Там в двусмысленной ситуации оказался герцог Мейкдон, в чью столичную резиденцию Алекс ворвался, буквально расшвыряв фиолетовую охрану, включая массивных пехотинцев. Фалько-офицер не взвел курок револьвера на пороге личных покоев, но по виду молодого человека было не трудно догадаться, что он не погнушается выкатить против герцога и артиллерийские орудия. Первый раз — когда надумал предложить пост регента.

Второй раз, когда информировал, что наши планы под угрозой из-за вашей несговорчивости. Они ведь не определились, так?

Алекс приблизился вплотную и грохнул кулаком по столешнице, инкрустированной вкраплениями какого-то фиолетового минерала. Требует моего вступления на престол и всяческого послушания! Алекс не воспользовался приглашением и принялся метаться по кабинету, словно тигр в клетке.

Вам достаточно моего слова, что я не писал никаких писем, бросающих тень на мою честь? Или отправить нарочного в Нирайн, чтобы Ванджелис вернул оригиналы моих посланий и вы лично убедились?

Благородные вельможи не марают себя, употребляя на бумаге компрометирующие выражения. Внезапно Алекс понял, что у Мейкдона есть несомненный талант чувства меры. Совершая низости, он чутко ощущает грань, за которую лучше не переступать, чтобы не быть немедленно убитым. Так криволицый мерзавец проживет еще долго. Но все равно посоветуете мне одеть корону регента. Теперь же вам, похоже, понадобятся любые возможные ресурсы, чтобы вернуть ей свободу.

Что же касается влияния на временного и, в известной мере, номинального властителя империи, то у герцогов более чем достаточно рычагов влияния и без того. Мой синий коллега решил сделать себе персональный? Алекс заметно сдулся, выпустив первоначальный гнев. Он питал иллюзию, что, налетев на сообщника Ванджелиса, заставит его предпринять какие-то шаги… Иллюзия рассыпалась.

Герцог дал понять — хоть режь меня, Иане от этого ни жарко, ни холодно. И с порога отметать его возражения глупо, не зная истинных договоренностей между фиолетовым и синим. Одно ясно — оба негодяи и оба стоят друг друга. Лучше расскажите, что творится в Аделфии. Север герцогства практически восстал? И я молю Всевышнего, чтобы ламбрийские предводители сожгли нирайнский замок вместе с герцогом, а его прах развеяли по ветру.

Но для Икарийской империи — очередной шаг к разрушению. Волнения перекинутся и на другие районы. Мятежничество — опасная болезнь, и ее нужно лечить. Скорее всего, лечить обильным кровопусканием. Увидев клинки, незнакомец усмехнулся. Нижняя губа с криво сросшимся рубцом неприятно дернулась. Не желая отдавать преимущество первой атаки, Иана бросилась вперед, намечая выпад. Его она сопроводила ударом Силы, нацеленным в голову, а левая рука метнула нож. Орайон не успел не то что отреагировать — даже толком разобрать происходящее.

Мужчина со шрамами непринужденно уклонился от выброса Силы, словно ждал его и с точностью до долей секунды угадал момент, шпагой отшвырнул в сторону метательный нож. Дага отвела шпагу Ианы. Но он не воспользовался возможностью прикончить ее. Со стороны могло показаться, что девушку ударило невидимым мешком, опрокинув навзничь.

Незнакомец обернулся к Орайону и обезоружил его простейшей вышибкой. Когда телохранительница, с треском провалившая обязательства по контракту, вскочила на ноги, то первым делом увидела бумажно-бледное лицо своего родовитого поклонника, дагу у его горла и капли крови с крохотного пореза на шее.

Не волнуйтесь, я не отрежу голову вашему сосунку. Прошу только уделить мне пару минут для приватной беседы, а мальчик… ну, пусть идет с прутиком разминается, шпагу ему еще рано давать.

Седоусый злодей вбросил клинки в ножны, не дожидаясь ответа, и отправился к жеребцу. Фалько-офицер Горан Атрей к вашим услугам. А бледная немощь с крысиными усиками вместо усов — герцогеныш? Не трудно догадаться, хотя отец, отдадим должное фантазии Всевышнего, еще уродливее. Чего не скажешь о вас, синьора. И я даже начинаю понимать причину безумия моего ученика.

Действительно, в черной обтягивающей куртке, перетянутой контрастным красным пояском, черных лосинах, коротких сапожках из тонкой кожи, разгоряченная тренировкой и гневом от проигранной схватки, Иана смотрелась восхитительно. Пусть на ней не высокая вычурная прическа, густые темные волосы собраны в тугой хвост на затылке, не бальное платье с вырезами, почти нет косметики, покойная герцогиня Мейкдон не зря видела в полукровке опаснейшую соперницу.

Даже Горан, за последние десять лет привыкший к иронически-постребительскому отношению к женским прелестям, подумал, что жизнь, быть может, проходит мимо тебя, когда рядом нет такой красавицы, страстной и желанной. И тем более ясно, отчего Орайон, считающий себя, видимо, исключительно неотразимым благодаря перспективе заполучить герцогский титул, натурально пускает слюни при виде Ианы — это заметно с тридцати шагов, не слезая с коня.

Что же вас заставило отыскать меня здесь? Он не переправил мне письмо Алекса? Но тот и не писал никаких писем! Тем более — формально ваш друг мне никто. Мы не только не обручены, но ни о чем не условились. Я получила щедрый аванс золотом…. Выдержав паузу, сопровождаемую долгим взглядом, под которым тея смешалась, Горан произнес главные слова. Вы не ответили ни да, ни нет. Но вы можете мне доверить письмо, коль отказываетесь лететь в Леонидию.

Герцог обязал меня, якобы с целью не выдать местонахождение семьи. Он с неудовольствием заметил, что в одну из перчаток впилась заноза с плохо струганного стола. Хозяин трактира, в доступной форме уведомленный, что приличных господ нужно принимать в более аккуратной обстановке, испугался за целостность организма и притащил в подарок бутыль лучшего вина.

Осталось поймать сведущего человечка и расспросить его… примерно как хозяина трактира о качестве стола. Чуть не умер со страха, да и теперь трясется, что его откровенность станет известна герцогу. Бедному малому не оставалось ничего другого. Выпью, пожалуй, за остатки его здоровья, — тей отведал подарок трактирщика, выказав удовлетворение вкусом и градусом. Пусть потом и будет несколько тяжело управляться с крылом, тайные задания имеют по сравнению с повседневной службой важное преимущество разнообразного питания.

Орайона, скрючившегося за соседним столиком и пытавшегося перехватить обрывки разговора через обычный гам общего зала, Горан не пригласил. Молодой человек измучился, нутром ощущая, что поблизости происходит действо, идущее вразрез с его интересами. Но ничего не смог поделать. Господин со шрамами отпустил его, не причинив вреда. Однако осталось унизительное впечатление, будто собеседник Ианы выписал ему пинок пониже спины.

Разговоры за соседним столиком смолкли, девушка склонилась над листом бумаги, быстро порхая по нему гусиным пером. Что она пишет и кому? Орайон с трудом подавил желание невзначай прогуляться за ее спиной и подсмотреть. В конце концов, Ванджелисы — хозяева Аделфии! Он вправе знать, что происходит. Орайон снова глянул на неприветливое лицо седоусого, разрубленную нижнюю губу, уверенную посадку на убогой деревянной скамье как на троне. Молодому человеку хватило благоразумия заняться трапезой с преувеличенным вниманием, воздержавшись от прогулки.

Но могу ли я осмелиться спросить, гм… о сути ответа? По блеску в ее глазах Горан легко догадался о невысказанном вслух. С удовольствием последовала бы за вами в Леонидию, но честь обязывает сдерживать обещания, даже если со мной обходятся бесчестно. Он вышел, не задерживаясь ни на секунду. К Иане подскочил возбужденный Орайон.

Письмо не имеет отношения к вашей охране и вообще не касается вас, матери и сестры. Если ваш отец беспокоился об инкогнито относительно пребывания нас в Дайоксе, то в Нирайне это более не секрет. Я бы на вашем месте больше упражнялась с унтерами и солдатами гарнизона форта, если мои уроки не помогли удержать шпагу хотя бы секунду. Не могла же Иана признаться, что при определенном стечении обстоятельств Орайон сойдется в поединке с Алексом.

Она не должна давать даже призрачные козыри сыну герцога против человека, которому написала короткое, но самое пылкое письмо. Естественно, девушка не предполагала, что Горан и не собирается мчаться в Леонидию на встречу с Алексом, в эти же дни взвалившему на себя непосильное бремя временного руководства страной.

Торжественная процедура приведения его к присяге состоялась через неделю после возвращения в столицу, оттого скомканная и лишенная полагающейся помпы. В крохотной княжеской короне, пародирующей скорее герцогскую, нежели императорскую, он возглавил заседание Совета герцогов. На месте других в разноцветных креслах сидели полномочные представители.

Затем начал вникать в состояние государственных дел, ощущая себя так, будто назначен командиром дирижабля за пять минут до важнейшего боевого вылета, не имея ни малейшего понятия об устройстве и возможностях воздушного корабля. Герцоги решили управлять им? Каждый из представителей счел своим долгом высказать требования и претензии собственного синьора. С первого же заседания Совет продемонстрировал неспособность к принятию конкретных решений. То есть — командовать нужно Алексу самому, лавируя между пожеланиями владельцев территорий.

Иными словами, заниматься тем, от чего хотелось держаться подальше. Временным, крайне неприятным, но единственным союзником в этой ситуации получился человек, сам же Алекса в ловушку отправивший — Мейкдон.

Алекс кое-как устроился во дворце, в покоях по соседству с бывшими императорскими. Комнаты Эдранов приказал держать запертыми. Распорядился по поводу личной охраны, в нее, как не сложно догадаться, вошли Марк и Терон.

Велел принести в опочивальню ужин, побольше вина. И обессиленно растянулся поперек огромной кровати с балдахином. Первый же день на главном посту империи вымотал больше, чем самая безжалостная битва. В этом состоянии находился, когда Мейкдон попросил о приватной неофициальной аудиенции. Мы в начале пути. Сперва я помогу вам навести порядок в Кетрике, потом усмирим бунт в Кальясе. И лишь затем можно браться за реформу всей империи. Быть может, стоило действительно самому отыскать Иану, перебив стражу, где ее содержат, и махнуть в Тибирию?

Недоимператор сел на кровати. Герцог без приглашения устроился в кресле напротив. Где тот дерзкий и честолюбивый юноша, что летел в Леонидию покорять ее, не постеснялся подначивать Байона с его головорезами, донимал Иазона и Элиуда просьбами ускорить карьеру? Пороху и на два года не хватило. Да, летом исполнится два года на службе. Но если человек за такой срок ничему не учится — он полный идиот. И первая заповедь, которую я выучил благодаря своему первому наставнику тею Атрею, заключается в опасности желаний.

Хорошо, когда они ведут вперед. Но иногда очень плохо, когда они сбываются. Горан поступил просто — он вообще избавился от далеко идущих желаний. Алекс потянулся к винной бутылке, осушил стакан, не пригласив Мейкдона составить компанию. После этой процедуры заговорил совершенно иначе. И сдержу его, черт бы меня побрал. Оставаться с вами в спальне наедине вредно для мужской репутации.

Князь-регент — это скорее военная, нежели политическая должность. Поэтому вряд ли кого-то можно удивить, что через неделю с начала княжения новый правитель двинул на запад дивизию сухопутных войск, усиленную большим тейским воздушным отрядом. Парадокс в том, что в Аделфии достаточно имперских частей. Их много и в Западной Сканде, в какой-то неделе пешего перехода либо конного марша от мятежного Кальяса.

Но вот загвоздка — эти войска фактически вышли из подчинения после смерти императора. Такова структура государственной власти в Икарии. И его задача не стать марионеткой в чужих руках, сберечь фамильную честь и сохранить верность Империи. В любом деле стократ легче, если руку помощи протянет надёжный друг.

Вот только плата за верность бывает слишком высока…. Зарегистрироваться на нашем портале. Анатолий Минский — Князь без княжества. Бред, отсутствие логики, авторские рояли, да и просто обычная муть.

Сильно разочарован, знал бы в какое тухлое болотце зайдёт сюжет, не слал бы и начинать читать. А про реалистичный бросок фаербола, спасибо, поржал: Любая нормальная книга должна быть реальной, логически выверенной.

Бросает герой фаербол, он должен бросать его реально.

© Крушина - дерево хрупкое Валентин Сафонов 2018. Powered by WordPress