«Л» – значит люди Сергей Лукьяненко

У нас вы можете скачать книгу «Л» – значит люди Сергей Лукьяненко в fb2, txt, PDF, EPUB, doc, rtf, jar, djvu, lrf!

Ингвар со всхлипом втянул в себя воздух планеты. Нос - или остатки носа, горло - или остатки горла - обожгла едкая, настоянная на аммиаке и серных парах смесь.

Он присел на колени, часто и тяжело дыша. В растягивающемся до ушей рту медленно вырастали клыки. Воздух, словно наждак, ворвался в легкие. Конечно, если они еще не превратились в жабры У него еще остались голосовые связки, и стоило их сохранить. Доза смертельна для человека после пятиминутного облучения Кожа начала саднить, покрываясь топорщащимися полупрозрачными чешуйками.

Ингвар обвел глазами джунгли. Изломанные, похожие на переболевший ревматизмом бамбук деревья настороженно следили за ним. Именно следили - он видел теперь черные пятнышки светочувствительных клеток, разбросанные среди бледно-розовых вздрагивающих игл.

Это не страшно, деревья не разумнее земных лягушек Вытянул руки, медленно свел их. Между шипами заструились шелестящие белые молнии. Живительный ультрафиолет лился на аккумулирующие чешуйки. Каскадные жабры, разрастающиеся в груди, жадно впитывали аммиак.

К утру Ингвар должен был полностью перестроить обмен. У него еще масса времени В коридоре Станции он наткнулся на человека. Не то техник, не то просидевший ночь за приборами ученый неспешно вышел из лифта. И попятился назад, в сдвигающиеся створки лифта, бормоча вполголоса:. Я из группы Имитации. Я прилетел на Станцию вчера, вы могли меня видеть Дверь за ним сомкнулась.

Лифт зашумел, опускаясь в подвальные этажи Станции. Ингвар пошел дальше, в свою комнату. Идти было трудно - ноги стали уже совсем короткими.

Но выручало то, что их теперь было четыре. Завтрак начался как обычно: За ночь был перерасход энергии, да еще кто-то сломал автоматику шлюза. Потом, словно цепная реакция, ругань перекинулась на ученых. Решали, кому идти на внешние точки - набитые приборами купола, опоясывающие Станцию.

Полкилометра - на любой другой планете это не расстояние. Но на Терфане не стоило удаляться от Станции и на десяток метров. Роальд - временный начальник Станции - не вмешивался в происходящее до последнего. Но когда биолог, с багровым от ненависти лицом, начал привставать из-за стола, ему пришлось действовать Никто не обернулся на звук открывшейся двери.

Персонал Станции забавлялся - наблюдал, как Роальд наводит порядок. Биолог, уже не красный, а побледневший от боли, валялся на диване в углу столовой. Роальд, с алго-пистолетом в руке, тряс за воротник второго участника конфликта ботаника Ясиньски. Маленький сухощавый поляк молча пытался высвободиться. И вдруг, подняв дрожащую руку, указал на дверь. И вскинул пистолет, отшвыривая ботаника в сторону.

Оно было двух метров длиной и не более метра в высоту. Больше всего напоминало крокодила, покрытого прозрачной, слегка поблескивающей чешуей. Короткий и тонкий хвост чудовища заканчивался полуметровой, зазубренной на конце иглой. Каждое из произведений сборника оригинально и своеобразно. Меняются сюжеты и персонажи, меняется манера повествования, однако неизменным остается одно — фирменный, неподражаемый стиль Сергея Лукьяненко.

Можно придумать любого персонажа. Человека или инопланетянина, мужчину или женщину, взрослого или ребенка, убийцу или святого. И каждому из них — вот ведь что удивительно — можно вложить собственные слова и мысли. Обычно я так и делал. Не знаю лишь, всегда ли удавалось услышать мой голос.

Но сейчас мы вдвоем. Я постараюсь не надоедать Вам. Все-таки Вы взяли в руки эту книгу для того, чтобы прочитать рассказы и повести, а не для выслушивания моих монологов. Я просто стану рассказывать что-то, обычно остающееся за рамками литературного текста. Каждый текст — это сотворение мира.

Иногда — совершенно нового; в этом сборнике немало таких миров. А иногда миру становится тесно в рамках одного, пусть даже большого, рассказа. Он начинает расти, возникать в других рассказах, прорываться в повести и романы. Даже не знаю, удача это или беда. Повесть или даже роман в рассказах… На тот момент идея представлялась мне достаточно оригинальной. Мир жил, я видел его. И все-таки я не смог этого сделать.

© Крушина - дерево хрупкое Валентин Сафонов 2018. Powered by WordPress