Кесарево свечение Василий Аксенов

У нас вы можете скачать книгу Кесарево свечение Василий Аксенов в fb2, txt, PDF, EPUB, doc, rtf, jar, djvu, lrf!

Ты куда-то к половцам зарулил, к печенегам, в лучшем случае к веспам каким-нибудь, которые на барсучьем языке объясняются.

Мы тут завязнем на хер и даже помощи не сможем попросить, je crois! Знал бы, что ты такой паникер, лучше бы один поехал. Погоди, не надо толкать, не вылезай. Я ее сейчас раскачаю, сама, гадюка, потянет. Болотные губы уже чавкают ее резиной! Мы с тобой в необитаемый край заехали. Что там такое клычет-то, клычет, вопиет?

Что за мразь какая-то подхохатывает? На волчью свадьбу мы с тобой ненароком заехали, только и всего. Одно колесо еще держится. Есть время осмыслить ж. Давай, Герасим, вытаскивай цареубийственный кинжал, будем ветки резать. Теперь по законам темпоритма мы должны диалог этот прервать и представить читателю двух этих, неизвестно откуда взявшихся, героев.

Что мы и делаем. Что их туда понесло, пока неясно, но скоро выяснится, если все-таки выкарабкаются, ну а если не выкарабкаются, тогда и романа не получится. На какой-то бензоколонке, где бензином уже полгода как не пахло, а пахло однозначно только говном, им повезло: Время было еще паршивое, но уже не совсем паршивое: Солдат налил им полный бак и канистру, а также продал секретную карту стратегических коммуникаций. Если тут ракетный батальон не потащится, до Гуся доберетесь еще засветло.

Измазанные болотной жижей, исхлестанные колючим кустарником, они теперь с каждой минутой понимали, что машину придется бросать и на ногах добираться за помощью. Над ними еще стояло светлое небо, но внизу, где копошились они, в буреломе, уже собирался мрак. Чертова страна, чертово болото, квашеная дрисня, так поносили они стратегическое пространство родины.

Так тут и сдохнешь, на корм пойдешь лесной нечисти, и никто твои кости не найдет, пока не приплывут варяги следующего тысячелетия. Полезли, еще больше ободрались, ссадины жгли ладони. Стояла сплошная тишина, если не обращать внимания на панический гомон насекомых. Вдруг из-за веток ели, смешанной с осиной, какое-то око взяло Мстислава под свой прицел. Теперь - диалог двух русских мужиков. Тут уж и дух-то нерусский, и Русью тут не пахнет! Ты карту читать умеешь? Видишь, пунктиром указанопятнадцать км до дороги областного значения.

Ты куда-то к половцам зарулил, к печенегам, в лучшем случае к веспам каким-нибудь, которые на барсучьем языке объясняются. Мы тут завязнем на хер и даже помощи не сможем попросить, je crois! Знал бы, что ты такой паникер, лучше бы один поехал. Погоди, не надо толкать, не вылезай.

Я её сейчас раскачаю, сама, гадюка, потянет. Болотные губы уже чавкают её резиной! Мы с тобой в необитаемый край заехали. Что там такое клычет-то, клычет, вопиет? Что за мразь какая-то подхохатывает? На волчью свадьбу мы с тобой ненароком заехали, только и всего. В какой-то антимир въезжаем, Славка! Мы тут восемьдесят км срезаем. Давай лучше повернем обратно.

Одно колесо ещё держится. Есть время осмыслить ж. Давай, Герасим, вытаскивай цареубийственный кинжал, будем ветки резать.

Теперь по законам темпоритма мы должны диалог этот прервать и представить читателю двух этих, неизвестно откуда взявшихся, героев. Что мы и делаем.

Два молодых москвича, лет, скажем, , Мстислав и Герасим, фамилии пока что неизвестны, рано утром покинули столицу и отправились на "Ниве", принадлежавшей их молодой капиталистической компании, куда-то на север, в какой-то город, то ли Кошкин, то ли Мышкин, а скорее всего, Гусятин, если следовать по пятам классической литературы х.

Что их туда понесло, пока неясно, но скоро выяснится, если все-таки выкарабкаются, ну а если не выкарабкаются, тогда и романа не получится. На какой-то бензоколонке, где бензином уже полгода как не пахло, а пахло однозначно только говном, им повезло: Время было ещё паршивое, но уже не совсем паршивое: Солдат налил им полный бак и канистру, а также продал секретную карту стратегических коммуникаций.

Если тут ракетный батальон не потащится, до Гуся доберетесь ещё засветло. Итак, три пачки "Мальборо" с вас, мужики прикольные". Им как раз и надо было добраться засветло к приходу в Гусятин теплохода "Михаил Шолохов", так что они посчитали этого солдата улыбкой судьбы. Увы, то, что тому на его "КрАЗе" казалось обычной пунктирной дорогой, для их "Нивы" обернулось ловушкой. Измазанные болотной жижей, исхлестанные колючим кустарником, они теперь с каждой минутой понимали, что машину придется бросать и на ногах добираться за помощью.

Над ними ещё стояло светлое небо, но внизу, где копошились они, в буреломе, уже собирался мрак. Чертова страна, чертово болото, квашеная дрисня, так поносили они стратегическое пространство родины.

Так тут и сдохнешь, на корм пойдешь лесной нечисти, и никто твои кости не найдет, пока не приплывут варяги следующего тысячелетия. Сейчас бы и лагерной вышке обрадовался", - подумал Мстислав. Полезли, ещё больше ободрались, ссадины жгли ладони. С деревьев открывалось одно лишь "зеленое море тайги". Стояла сплошная тишина, если не обращать внимания на панический гомон насекомых.

Вдруг из-за веток ели, смешанной с осиной, какое-то око взяло Мстислава под свой прицел. Что "это", подумаем мы и не сможем пока что ответить. Прошу и вас, и вас, только бы оно не увеличилось вдвое, а там и больше, только бы не поплыть пылинкой вокруг двойного зрачка". Фу, какая лажа ошеломляет в экстремальных обстоятельствах. Зверек проснулся и смущенно выглядывал из-за ствола осины. Глаз его не выражал ничего, кроме смущения засони.

Неподалеку на другом дереве торчал запутавшийся в ветвях Герасим. Свисала нога в миссониевском носке и тимберлендовском ботинке. Тут рядом возник и бешено разогнался какой-то сатанинский свист. На помощь свисту пришел раскалывающий небо грохот. Над верхушками леса совсем неподалеку с кажущейся неторопливостью стала подыматься ракета. Зависнув на секунду как бы в раздумчивости, она приняла злодейское решение, после чего в клубах огня и пара устремилась в поднебесье. Чтобы дальше не хлюпать по трясине, скажем сразу, что через четверть часа Герасим и Мстислав вышли на опушку, где расчет ракетчиков, только что совершивших злодеяние запуска, теперь оттягивался в перекуре.

Не спрашивая, куда ракета полетела, в Брюссель или во Врангеля - полярное царство, наши путешественники предложили воинам ботл джина. Чудовищный тягач тут же развернулся и попер на выручку, ломая все, что попадалось на пути древесного. Не прошло и получаса, как злополучная "Нива" была поставлена на ещё какую-то бетонку, даже не отмеченную в секретной карте.

Еще через полчаса с косогора открылся перед Мстиславом и Герасимом вид на слияние больших чухонских рек и на древний город Гусятин, потом Краснознаменск, потом опять Гусятин, из центра которого торчала рука Ильича. В те времена три основных потока омывали здешние бреги - Шульяна, Жмель и Вольжа. Сейчас все три влились по-социалистически в основную артерию, что течет под именем Каспо-Балтийская Стрёма. Многое тут связывает русского человека с прошлым, даже с теми временами, когда и Руси-то как названия не существовало.

Все эти отдаленные взгорья, пологие скаты, шерстистые шубы лесов - весь этот окоем, что сохранился в своей прозрачности, несмотря на близость страшного Комбината, - какой русский не почувствует тут хоть на минутку тихого нежного умиления?

Или, например, странные местные чайки по прозвищу "жихи", что норовят подлететь втихомолку к проходящему человеку и жутко жихнуть над самым ухом; иностранец может от этого и сознание потерять, русский же человек лишь улыбнется и потрет себе ухо. В принципе все пространство земли от чухны до чучмека звалось когда-то Путятей. Волоки, которыми тут промышляло население, дали ещё одно впрочем, спорное - название страны - Волочила.

Древние деревни по всей округе носили странные императивные имена: Тащите, Ешьте, Ночуйте; в общем, в этом роде. Все советские ухищрения с названиями нынче отпали, да они и раньше не особенно процветали в этой местности. Мало кто из здешних трактористов говорил, скажем, "Похиляли, робя, в "Заветы Ильича", или в "Свет Октября", или в "Девятнадцатый партсъезд".

В подпитии всегда всплывало исконное: Город Гусятин, или, в просторечии. Гусь не Хрустальный, а натуральный , тут всегда высился над другими поселениями, как Париж высится над разными Нантами и Шартрами. Крупные купцы тут жировали весь прошлый век.

Например, один такой Окоемов Илья отгрохал себе трехэтажный дом с колоннами. Брат его Фома до трех этажей не дотянул, но колонны себе поставил выше крыши.

Предание гласит, что в году Илья Окоемов принимал у себя государя. Увидев Его Величество, Илья пал ниц и не мог подняться даже с помощью челяди. Подождав с полчаса, государь в раздражении покинул особняк и перешел через площадь к Фоме.

Там играл оркестр и молодые купчихи приседали в книксенах. У этого немца была русская пятка, в этом нет сомнения. Он заночевал у Фомы и уехал очень довольный, а братья потом целый день гонялись друг за другом с лопатами. В память об этом историческом визите город решил воздвигнуть монумент; увы, как всем в этом городе известно, "благими намерениями вымощена дорога в ад".

С царским монументом затянули, а потом пришлось сооружать монумент пролетарский, то есть Ленину В. Любопытно, что и в этом деле не обошлось без братьев Окоемовых. На сооружение гусятинского Ильича пошли с кладбища их мраморные памятники.

Их измельчили в пульпу, а из неё уж и слепили фигуру Вождя. Сейчас иногда звонят из областной администрации: Израильский тигр вам господин, а мы пока что и навсегда товарищи, так отвечают здешние борцы "красного пояса", своего культурного наследия не отдадим! Мы пока ещё не знаем, по какому побуждению пустились мы сейчас в эти исторические экскурсы, - может быть, что-то важное за ними стоит, а может быть, и просто так взяты, для дальнейшего "разгона", во всяком случае, наших молодых героев они вряд ли заинтересовали.

Их внимание было привлечено даже не к городу, а к текущей мимо него большой воде. Среди тусклого, но гипнотически манящего её свечения медленно двигалось белое пятно теплохода.

Похоже было на то, что он подойдет к городу не раньше чем через полчаса. Можно было не торопясь спускаться к Гусятину. На окраине остановились у колодца, накачали в ведерко какой-то илистой жидкости и попытались хоть слегка отмыть лица и башмаки от лесной стратегической дряни. Усилия друзей помогут нам так или иначе распознать в них молодых интеллигентов, в недавнем прошлом выпускников филологического факультета университета "Двенадцать коллегий", а упоминание филологии не даст нам теперь удержаться от применения излюбленного приема классической литературы, то есть от лирического отступления.

Знаете, люблю я эти захолустные городки по берегам Каспо-Балтийской Стрёмы! Даже писать о них приятно, не говоря уже о том, как приятно по ним прогуливаться или проезжать их дремотные улицы на малой скорости. Вот проплывают мимо покосившиеся домишки с резными наличниками. Проживать в них, наверное, противно, но проплывать мимо - одно удовольствие! Вот переходит дорогу утица с выводком. Сколько достоинства в этих наших русских животных! А вот и девчушки-хохотушки проскачут, прыснут при виде двух столичных парней, проезжающих мимо на грязном вездеходе, да тут же и засмущаются, застынут в унынии, всеми позами своими напоминая нашу грустную мелодию "Помню, я ещё молодушкой была, наша армия в поход далекий шла".

Сколько лирики, сколько чистоты! А вот и парк культуры появится квадратный скверик с гипсовым хороводом под "голубем мира", с фанерным макетом крейсера "Аврора", признаться, довольно закаканным, с аттракционом "Полет в неведомое", описанным ещё в году одним из мастеров мировой литературы.

Мстислав притормозил, и оба друга замерли, не в силах отвести взглядов от фигуры аттракциона, похожей на смесь подъемного крана и птеродактиля. Ржавые стальные ноги поднимались из зарослей крапивы, лебеды и лопухов. Под кустом бузины мирно спал охламон, смотритель парка.

Рядом с ним стоял открытый баул, заполненный складными зонтиками с кнопкой.

© Крушина - дерево хрупкое Валентин Сафонов 2018. Powered by WordPress