Бриллиант Фортуны Валерия Вербинина

У нас вы можете скачать книгу Бриллиант Фортуны Валерия Вербинина в fb2, txt, PDF, EPUB, doc, rtf, jar, djvu, lrf!

В сущности, все они были повторениями предыдущих. Каверину они показались претенциозными и неискренними, но он знал, что на молодую, легко возбудимую натуру они оказали бы совсем иное действие. Ведь княжна бережно хранила их в потайном ящичке своего бюро, о котором таки пронюхала пронырливая Варвара Федотовна, и писала на них ответы. Ее глаза горели любопытством. Алексей усмехнулся, и, заметив эту усмешку, Варвара Федотовна невольно насторожилась.

Точно так же усмехался ее отчим, который бил ее мать смертным боем во все время их недолгой женитьбы. Теперь этим делом займусь я, а господин Эльстон очень скоро пожалеет, что затеял все это. Всегда к вашим услугам, дорогая… тетя.

Алексей вздохнул, потянулся, лег на кровать и поудобнее устроился. Интересно все-таки, что тут делает Видок? Правду он сказал нам о своем расследовании или нет? Неужели он всерьез думает, что можно найти хоть что-то, да еще спустя почти полвека? Когда Жанна через полчаса заглянула к Алексею, чтобы узнать, не нужно ли ему чего-нибудь, он уже крепко спал.

Во сне ему привиделся Видок, который бегал по Парижу с огромным пистолетом в руках. За ним в свою очередь гонялись преступники, но он ловко хватал их за шиворот и засовывал в шкатулку из слоновой кости, которую извлекал из кармана. Потом он выстрелил в Каверина, достал шкатулку и открыл ее. Внутри лежала груда бриллиантов.

Видок разразился демоническим хохотом, проглотил их и удрал в подземный ход. Фалды его фрака летели за ним по ветру, как два воздушных змея. Великая княжна Александра Михайловна села за фортепьяно и откинула крышку. Мгновение — и из-под ее пальцев потекла восхитительная соната, рекой божественных звуков растекаясь по комнате, всей вилле и прилегающему саду. Фрейлина Голикова тихо застонала.

Все утро у нее болела голова, а от музыки боль стала еще сильнее. Наверняка противная девчонка села играть нарочно, чтобы досадить ей, Голиковой. Так оно, в сущности, и было. Посреди труднейших пассажей княжна нет-нет да и поглядывала на фрейлину: У княжны были свои основания злиться на Варвару Федотовну. Вернувшись с прогулки, княжна заглянула в бюро и заметила, что письма Эльстона лежат в ящике не так, как обычно. Она сразу же догадалась, кто рылся в ее вещах, и теперь наслаждалась маленькой домашней местью.

Ах, у Варвары от огорчения даже нос стал красным! Ну-ка, еще громче, еще выразительнее! Княжна в ответ только лукаво улыбнулась. Несчастная фрейлина тихо сползла с банкетки и поспешила к дверям.

У нее возникло впечатление, что голова вот-вот разлетится на миллион кусков. Княжна закончила сонату и начала играть ноктюрн Шопена. Горничная, протиравшая пыль в соседней комнате и через полуоткрытую дверь слушавшая игру молодой хозяйки, немедленно явилась на зов. Она обещала привезти от мадам Лантелин шелк для вышивания. Она подумала и сказала: Что он сегодня делал, ты не знаешь? Ему понравился Сомерсет, тот, который в яблоках.

Ноктюрн меж тем уже успел сбиться на какой-то невнятный прелюд. Княжна заметила это и рассердилась на себя. Какая вы кокетка, ваше высочество! В своей комнате Алексей достал шпагу и повертел рукой так и эдак, прилаживаясь к эфесу. Издалека до него доносилась мелодия — кто-то играл на фортепьяно.

Каверин опустил руку и заслушался. Он догадался, кто сидит за инструментом. Закончив ноктюрн, княжна неожиданно принялась за бравурную мелодию польки. Он улыбнулся, вспомнив, в каком виде встретил вчера княжну. А я должен убить его. Он вложил шпагу в ножны и убрал ее с глаз долой. Сам кабинет обставлен с той нарочитой скромностью, которая при императоре Николае Павловиче стала считаться хорошим тоном. Массивный стол с множеством ящиков, несколько стульев с гнутыми ножками, пузатый приземистый шкапчик в углу да уже упомянутые часы — вот, пожалуй, и все.

На противоположной от окна стене висел парадный портрет государя в мундире, ботфортах выше колен и белых лосинах. На руках — белые перчатки с крагами, слева на боку — сабля в ножнах. Голова слегка повернута вправо. Левая рука придерживает лежащий на столике шлем с двуглавым орлом. Поглядев на портрет, Чернышёв неожиданно обнаружил, что выпуклые глаза императора из-под высокого лба пристально следят за ним.

Граф даже поежился, но тут часы заворковали нежную мелодию, которая означала, что настало десять. В то же мгновение растворилась входная дверь. Адъютант почтительно испарился, а его место занял загорелый, поджарый блондин в партикулярном платье, которое не слишком вязалось с его явно военной выправкой.

Не предлагая своему посетителю сесть, Чернышёв молча изучал его. Лицо смелое, энергичное, ярко блестят серо-зеленые глаза. Нос тонкий, прямой, рот четко очерченный, а подбородок, пожалуй, таит излишнее упрямство. Несмотря на это, граф остался вполне доволен результатами осмотра. Он искренне считал себя неплохим физиогномистом и, наверное, не на шутку удивился бы, если бы ему заметили, что он упустил из виду самое главное качество вошедшего. Алексей Каверин был чертовски хорош собой, и любая женщина от Мадрида до Владивостока, не владея искусством чтения лиц, в первую очередь заметила бы именно это.

Однако опытному царедворцу не было дела до подобных мелочей. Люди интересовали его только как орудия, подчиняющиеся или не подчиняющиеся его воле, и на своего посетителя он смотрел как на одно из таких орудий. Он был готов к тому, что сейчас его начнут расспрашивать о последней миссии, которая оказалась на редкость опасной и в то же время на редкость скучной, как и подавляющее большинство секретных миссий.

Граф Чернышёв тоже почувствовал, что надо поддержать беседу — хотя, по правде говоря, то, ради чего его подчиненный ездил на Родос, теперь волновало его меньше всего. Тем не менее Чернышёв любезно улыбнулся и спросил первое, что пришло ему на ум:. В самом деле, за время, которое он провел на острове, его пытались убить всего пять раз. Он ожидал, что ему предстоит скучный разговор о политике, о том, как турки, которым тогда принадлежал остров, притесняют бедных греков, исконных обитателей, но граф, казалось, интересовался вовсе не этим.

А какая там природа! Вроде то же, что и у нас, но совсем другое! Если уж ромашки, то по пояс, и цвет у них иной. Он как раз собирался рассказать министру, как напоролся на чертополох, лазая по родосским горам, и так как это был добротный греческий чертополох с иголками в два дюйма величиной, то он искренне обрадовался встрече с Кавериным и сквозь одежду вцепился в его ногу, точь-в-точь как собака.

Надеюсь, вы хорошо отдохнули? Он наконец вернулся за свой стол, сел и сложил руки. Произнесено это было таким тоном, что Алексей сразу же понял: Император с портрета сурово смотрел на него, призывая к порядку. Каверин воспринял слова его превосходительства как шутку, и притом довольно скверную.

В эпоху, когда не было самолетов, а строительство железных дорог только-только начиналось, путешествия были вовсе не такими уж приятными, как мы привыкли воображать. Тряские экипажи, скверные дороги, а сколько проблем с одними лошадьми, не говоря уже о гостиницах, многие из которых отнюдь не являлись образцом чистоты и уюта! И хорошо, если на дороге не встретятся грабители, если в чистом поле вас не застигнет гроза, если кучер попадется покладистый и знающий свое дело, если… Но тут император на портрете нахмурился столь грозно, что Алексей понял: Ехать так ехать, как сказал попугай, которого кошка вытащила из клетки.

Теперь, гм, относительно задания. Должен предупредить вас, сударь, дело весьма деликатное. Каверин почувствовал кислый привкус во рту. Когда военный министр говорит особому агенту, что тот должен заняться чем-то деликатным, это не сулит решительно ничего хорошего. А Чернышёв меж тем продолжал, словно задавшись целью оправдать худшие ожидания подчиненного:.

Надо же, в самом деле, что-нибудь сказать. Недопустимо, чтобы еще кто-нибудь прознал об этом. Против воли Каверин почувствовал некоторый интерес. Что происходит, в самом деле? Что за поручение такое, которое граф никак не может высказать прямо, а только предостерегает да ходит вокруг да около? Николай смотрел на него тяжелым взглядом, будто хотел сказать: Но делать нечего, придется-таки посвятить вас в суть, потому как остальные — еще большие прохвосты, чем вы.

Тем не менее должен напомнить: На этом я особо настаиваю.

© Крушина - дерево хрупкое Валентин Сафонов 2018. Powered by WordPress