Анфиса Л. Андреев

У нас вы можете скачать книгу Анфиса Л. Андреев в fb2, txt, PDF, EPUB, doc, rtf, jar, djvu, lrf!

Андреев Леонид - Дни нашей жизни. Андреев Леонид - Мысль. Андреев Леонид - Конец Джона-Проповедника. Андреев Леонид - Герман и Марта. Аудиокниги из раздела " Аудиоспектакли ". Тургенев Иван - Дым. Верн Жюль - Драма в Лифляндии. Куприн Александр - Гамбринус. Набоков Владимир - Отчаяние.

Достоевский Федор - Игрок. Шекспир Уильям - Зимняя сказка. Твен Марк - Юмористические рассказы. Бунин Иван - Окаянные дни. Испепеляющий страстью и искрящийся всяко разными чувствами спектакль! Автор сам Леонид Андреев так любимый на сайте — и ни одного слушателя! И послушала ещё раз эту поучительную трагикомедию.

В восторге от бабушки! Померанцев - товарищ Пети. Вечер под Новый год. На сцене небольшая комната бабушки, отделенная от тех комнат, где гости, коридорчиком и дверью. Перед дверью три ступеньки - дом очень стар, выдержал много перемен, и комната бабушки находится в пристройке. Сквозь неплотную, быть может, кем-нибудь не запертую дверь приносится шум празднества, играет на пианино тапер, танцуют, что-то все кричат - а у бабушки тишина, покой бесстрастной старости, слабый свет цветных лампадок и небольшой лампы на столе.

Постель старухи и киот загорожены довольно высокими ширмами; за небольшим окном царит январская, лунная, беззвучно-звонкая ночь. Сама бабушка - древняя старуха неведомых лет и всеми позабытой неведомой жизни - сидит, углубившись в кресло, и быстрым, привычным движением вяжет чулок. Одна за другою, повторяясь бесконечно, нанизываются серые петли; догоняют одна другую и не могут нагнать, торопятся по кругу.

И поблескиванию спиц отвечают слепые мигания небольшого, небольшого маятника, едва успевающего хватать летящие секунды, озабоченного до ужаса. Против старухи, опершись головой на руки, сидит Ниночка, семнадцатилетняя гимназистка, и внимательно смотрит на бесшумное и бесконечное нарастание петель.

У нее пышные молодые волосы, и щеки ее нежно розовеют; и сидит она тихо, словно очарованная. Ниночка не шевелясь, медленно и глубоко Бабушка! Недоговаривает и смотрит, словно считает петли. Бабушка, скажи ты мне Бабушка ворчливо и ласково. Нечего говорить, все сказано. Ты много жила на свете, и ты все знаешь, и ты все можешь рассказать, если захочешь. Скажи ты мне, бабушка, как это происходит - Новый год? Мне все кажется, что, как только пробьют часы двенадцать, сейчас же, в ту же минуту раскроются огромные ворота, и в них увидишь А я уверена, что ты видишь и могла бы сказать, если бы захотела.

Но ты никого не любишь и оттого молчишь. Дядя Федя говорит, что тебе сто лет, бабушка, - правда это, скажи? И будто позади тебя лежит такой длинный, длинный путь, что ты умеешь немножко видеть и впереди. И еще он говорит, что ты вовсе не глухая, что ты все прекрасно слышишь, а только притворяешься.

Он говорит, что ты хитрая, лукавая, злая раба, которая знает много чьих-то преступлений и оттого боится говорить и не хочет слышать. Ты слышишь или нет? Дядя Федя, дядя Федя Ну, и хитрая же ты!

Бабушка утвердительно кивает головой и вяжет. Я видела его карточку в альбоме, он ужасно похож на дядю Федю, и такой же красивый. Уже не старятся те, кто умирает. Как просто и странно! Скажи, отчего он умер? Ниночка, прищурившись, разглядывает старуху и покачивает головой. Мне вдруг стало там так скучно!

Петя Тройнов пьян и все лезет ко мне с объяснениями; глупый мальчишка, который воображает, что он влюблен и что будет очень страшно, если он напьется. Скажи, бабушка, что такое любовь? Не хочешь, так я тебе скажу: Когда человек любит, он сразу становится такой же безумно старый, как и ты, и начинает помнить то, что было десять тысяч лет тому назад.

Ты думаешь, мне семнадцать лет? Это тебе семнадцать, а мне десять тысяч лет. К сожалению, я не могу сказать всего, а то у тебя волосы поднялись бы дыбом Ах, мне делать, что мне делать! Нечего делать, все сделано. Ты знаешь, дядя Федя все время с Анфисой. И он ужасно неправ: И у нее тоже есть ваша милая привычка: И ты заметила, как ходит?

Посмотри, бабушка, как хожу я. Несколько раз проходит по комнате, звонко постукивая руками. Неслышною тенью, еле ступая, быстро скользит по комнате.

Не нравится это мне, старая, не нравится. А она, видите ли, целует его в лоб Ничего ты не понимаешь. Так понимаю, что и тебя еще кое-чему научить могу. Ты думаешь, я не знаю, зачем выписала ее эта несчастная Саша? Да ведь это весь дом знает, вороны на деревьях и те знают. Сама не умеет сделать так, чтобы муж ее любил и не изменял бы ей, так вот пусть сестра Анфиса его научит. Господи, ну и кому ж, как не ей, научить? Умна, решительна, - муж ей слово сказал, она с ним в пять минут развелась - ходит в черном платье - и не завивается!

Настоящая для Феди гувернантка. Ну, она его научит - ты увидишь! Сама не понимаешь, что говоришь. Только не подумай, пожалуйста, и из ревности говорю.

Девочка, девчонка, которую еще можно на колени сажать. Ну, и несчастный же дядя Федя человек: Открывается дверь из тех комнат. Но то ты так, бабушка, как будто ничего не слышала, а то и ходить к тебе не стану.

Умрешь тут ты одна, как крыса в банке. Старушечка, друг мой единственный! Входит Александра Павловна, жена Костомарова, и его адвокат Татаринов, высокий, худощавый, очень черноволосый человек. Идет он немного позади, уступая дорогу Александре Павловне, женщине крупной и чрезвычайно, даже до ослепительности, красивой. Вот я когда-нибудь окончательно сломаю себе шею на этих ступеньках.

Ты что это запряталась сюда, Ниночка? А там тебя ищут. Кто же может искать? Татаринов целует руку у бабушки. Господи, да откуда вы знаете, как ее зовут? Уж и мы-то ее имя позабыли. Каждого человека нужно звать по имени-отчеству. Знаете вы, как вашего кучера зовут? Нет, не Еремей, а Еремей Петрович. А как горничную зовут?

По-вашему Катя, а по-настоящему Катерина Ивановна, и фамилия ее Перепелкина. Поди, Ниночка, потанцуй, голубчик. Мне с Иваном Петрович поговорить нужно.

Да если Федя меня искать будет, скажи ему, что я пошла немного отдохнуть. Скажите, кто, по вашему мнению, самая красивая женщина сегодня?

Александра Павловна несколько неприятно удивленная, но улыбаясь. Федя говорит, что я самая красивая женщина. А с другой стороны - у вас. Александра Павловна, нет характера в лице. А у нее есть? А у нее есть. Впрочем, я рада, что вы так говорите про ее характер. Ведь вы знаете, зачем я попросила сестру приехать? Ну, как, изменился Федя? Ведь вы его видите постоянно. Если уж она не может на него повлиять, так уж и не знаю, кто. Я раз слушала в щелочку Ну, да, в щелочку, как она с ним говорила.

Так мне даже жалко стало Федю. Стоит он, бедный мой мальчик, как виноватый, а она ему говорит так резко, решительно, сурово, точно и не женщина совсем, а какой-то судья. Хватает Татаринова за руки. Иван Петрович, голубчик, ну, вы друг Феди, ну, скажите же мне, что сделать, чтобы этого не было, не было, никогда не было. А скажите, - вот вы всех знаете, - как зовут по имени и отчеству ту особу, у которой вы бываете с Федей? Роза Леопольдовна Беренс, вот как ее зовут.

Как же вам не стыдно: Федя едет к любовнице, а вы с ним, - что же это такое? Ах, оставьте, она ничего слышит. Но если так, то вот что я вам скажу. Мне нисколько не стыдно, и даже я испытываю противоположные чувства, потому что я езжу за Федором Ивановичем, как его верный друг, который поклялся перед его талантом никогда его не оставлять.

Да разве я для одобрения езжу? Ведь я над ним, как Ведь он, осел, сколько раз выгнать меня хотел. А я разве ушел? Нет, не ушел, и не уйду никогда. И буду сидеть перед ним, как воплощенный укор его потерянной совести. Что я ему там говорю? Федя, не забудь, что у тебя прекрасная жена и двое маленьких детей. Федя, не забудь, что у тебя талант, для правильного развития которого необходима честная семейная жизнь Простите, голубчик, я просто так. Я знаю, что вы его единственный друг. Я ничего не пью, я вегетарианец, я ненавижу рестораны, я видеть не могу это хамье во фраках Помилуйте-с, какое у нас отчество, мы так.

Ну, а кто же сидит с вашим Федей по целым ночам в кабаке, как не я? Ведь он меня до чахотки доведет. А тут еще эта И тоже, изволите видеть, называется его другом. Нет, вы можете себе представить: Да, да, я знаю, не волнуйтесь. Я знаю, насколько Розенталь вреден для Феди. Позвольте, а откуда вам известно, что я с Федей ездил к этой самой Беренс? Но, по крайней мере, он, этот ваш поверенный в семейных делах, сообщил вам, что уже два месяца, как Федор Иванович не был у Беренс?

Как я счастлива, если б знали! Милая вы моя, так успокойте же вашу душеньку, знайте, что уж больше он к этой женщине не поедет - он мне честное слово дал. А вы говорите, зачем езжу? Он и мне слово дал, только верить-то я боюсь. Как тут поверить, когда кругом такое делается Вы заметили, что сегодня нет у нас ни Переплетчикова, ни Ставровского, ни Роговича Как же этого не заметить! Что не приехал сегодня ни Тимофей Андреевич, ни Маслобойников и никто товарищей-адвокатов?

Кто у нас сегодня? Шушера какая-то, да еще помощники Федора Ивановича, да еще этот Розенталь О вас я не говорю - вы Федин друг. Тяжело мне говорить вам, Александра Павловна Послушайте, как вы смеете это говорить!

Разве Федя нечестный человек, к которому нельзя и в дом прийти? Мне уши прожужжали с этой историей на суде. А я и до сих пор не понимаю, что здесь такого! Сказал он что-то, - но ведь вы же сами находили, что речь его была блестяща.

Татаринов успокаивая, кладет свою руку на ее. Да, да, милый друг, вы этого не понимаете. Как бы вам это объяснить?

Ну, в увлечении защитой, желая во что бы ни было выиграть дело, быть может, сорвать лишний аплодисмент, - Федор Иванович очень любит поклонение, - он позволил себе очень резко, даже грубо и даже совсем непристойно отозваться о потерпевшем, человеке очень несчастном Правда, что из публики кричали: Ну, один там крикнул.

Мне передавали, что Федя обернулся и так гордо посмотрел на этого, который крикнул. Ну, уж какая тут гордость - извиниться бы надо, а не гордость! Ну, вот, все товарищи его: Ставровский, Рогович, ну, я и другие - мы и думали как-нибудь уладить дело - все из-за любви к его таланту.

Ведь вы представить не можете, какие надежды мы на него возлагали! Но вот тут как раз Федор Иванович и отмочил свою штуку: Мне надоела ваша опека, господа". Ну, и дело-то он выиграл, это верно Он тогда всю ночь по кабинету шагал. А потом как ударит кулаком по столу Господи, что же теперь будет? Будем судить вашего Федю.

И должен вам сказать, что я, как член совета, тоже подам голос за осуждение. Что же делать, что же делать? Федя этого не переживет. Вы поглядите, какой он сегодня - на него страшно смотреть.

Тапера зачем-то пьяным напоил. Вот это-то и есть, это-то и скверно. Людей не уважает ваш Федя, вот в чем его беда. Чтобы кланялись ему любит, а на тех, кто кланяется, плюет.

А попробуй-ка не поклонись! Я не про себя. Мне до его уважения дела нет, я клятву дал. Пригрезилось ему, что он не адвокат во фраке, как все мы грешные, а завоеватель какой-то, - и он воюет, и он воюет! Не могу я этого выносить! Опять с ним завтра целый день ругаться буду. Да, да, побраните его. Идите себе, а я поваляюсь на бабушкиной постели.

Но я счастлива, если б вы знали! И помните, что я самая красивая женщина, а не Анфиса. Александра Павловна идет за ширмы и говорит оттуда. Бабушка перестает вязать и внимательно слушает, вытянув шею и руку приставив к уху.

Бабушка, ничего, я у тебя на постели полежу? Вот, когда я Верочкой беременна была, так совсем иначе себя чувствовала, а теперь и не знаю, что со мной делается.

© Крушина - дерево хрупкое Валентин Сафонов 2018. Powered by WordPress