Шекспир Жан-Мари и Анжела Маген

У нас вы можете скачать книгу Шекспир Жан-Мари и Анжела Маген в fb2, txt, PDF, EPUB, doc, rtf, jar, djvu, lrf!

Конечно, сейчас у нас в стране рыночные отношения в сфере книгоиздания, но, на наш взгляд, большая смелость, если не сказать, дерзость при всей симпатии к ретлэндианской гипотезе и в частности к теории Г. Гилилова помещать в своей книге вместо пусть даже условного портрета Шекспира портрет графа Рэтленда и печатать в качестве шекспировской биографии биографию Рэтленда.

Интересно, как к факту издания книги отнеслись бы британские нестратфордианцы-нерэтлендианцы, не говоря уже о консервативных стратфордианцах чем не скороговорка? Хочется надеяться, что эта книга не будет переведена на английский язык и не появится на родине Шекспира. Сам факт ее издания, по-моему, является некорректным. Гипотеза, согласно которой за Шекспира писали в содружестве Бэкон и Рэтленд, принадлежит Марине Литвиновой, действительному члену Королевского бэконианского общества.

Знакомая с ретлендианской теорией в целом, а также с книгой И. Литвинова все же считает, что граф Рэтленд писал произведения Шекспира не без участия Френсиса Бэкона. Литвиновой посвящена статья Г. Приведем цитату из этой статьи: Ее назвали десятой музой, музой, "потрясающей копьем" "a speare Shaker", и слова Shake-speare в то время вызывали в людях лишь зрительный образ Афины Паллады и больше ничего.

Получалось, что Бэкон, сделавший Афину Палладу своей музой, вполне мог взять слова Шейк-спир псевдонимом. Под "кем-то еще" М. Литвинова имеет в виду Роджера Мэннерса, 5-го графа Рэтленда.

Как уже говорилось, Роджер Мэннерс был учеником Френсиса Бэкона и обладал способностями к математике, необычайной склонностью к языкам, имел актерский дар, но главное - дар поэтический. Бельская пишет, что мальчишкой Рэтленд дневал и ночевал в театре, лордство ему поначалу "не светило", а воображение, необычайная впечатлительность и романтичность натуры находили здесь для себя отличную пищу.

Рэтленд, будущий поэт и лорд, стремительно набиравший знания, жизненный опыт и физическую привлекательность, оказывается учеником самого мощного ума эпохи с гигантскими и разнообразнейшими планами на будущее и со своей музой Афиной Палладой, означающей "потрясающая копьем" Shake-speare. Они обожали игру, а здесь розыгрыш напрашивался сам собой, такое совпадение мог выдумать лишь его Величество Случай Бельская пишет, что Мыслитель, Поэт и живой носитель, живущий под боком человек с фамилией-псевдонимом, да еще и актер сложились в некую фигуру, ставшую, по мнению М.

Далее приводятся слова Ф. В году, на следующий год после издания Первого фолио вышла книга Густава Селенуса "Криптография". На ее обложке, как считает Г. Бельская, зашифрована история появления "Уильяма Шекспира". Внизу изображен Фрэнсис Бэкон в пышной одежде, держащий геральдическую "шапку достоинства" над головой пишущего графа Ратленда: Шнур-змея между ними символизирует розенкрейцерское братство. Слева посередине изображен Шакспер с копьем: Справа посередине изображен тот же Шакспер, но уже скачущий на коне для "выполнения задания".

Впервые гипотеза о том, что под именем Шекспира мог скрываться драматург и поэт Кристофер Марло была выдвинута американским исследователем Уилбуром Цейглером в году.

Он предположил, что Марло создал псевдоним "Шекспир", чтобы после своей инсценированной смерти продолжать творить как драматург. Эта "смерть", как считают марловианцы приверженцы авторства, принадлежащего Марло , была связана со шпионской деятельностью поэта - он был завербован королевской разведкой, и должен был продолжать "работу" под другим именем, отличным от имени "Шекспир".

Свою гипотезу Цейдлер подкрелял тем, что произвел "стилеметрический" анализ словарей Шекспира, Кристофера Марло, Френсиса Бэкона и Бена Джонсона и пришел к выводу, что количество односложных, двусложных, трехсложных и четырехсложных слов у Шекспира и Марло в написанных ими пьесах в огромной степени совпадают.

Другой американский исследователь Келвин Гоффман в своей книге "Убийство человека, который был Шекспиром" развил теорию У. Гоффман настаивает на том, что вместо Марло в году был убит кто-то другой, а он продолжал жить и писал пьесы под именем Шекспира - именно в этом году Шекспир начал свое творчество.

Традиционные же шекспироведы склонны думать, что убит был именно Марло. Морозов, ссылаясь на книгу американского исследователя Лесли Хотсона "Смерть Кристофера Марло" , придерживается версии, что убийство поэта было делом рук некого Полея, агента Тайного Совета. В отличие от других претендентов на авторство пьес Шекспира Кристофер Марло отличается тем, что он действительно был драматургом, который начал писать пьесы до того, как это начал делать Шекспир.

Марло был новатором в области драматургии. Он стал писать пьесы нерифмованным, белым, стихом, и эта форма утвердилась в английской драме. Под его пером родился жанр английской ренессансной трагедии. Шекспировед Энтони Берджес в книге "Уильям Шекспир.

Гений и эпоха" сообщает: Он родился в семье сапожника Марло был достаточно самостоятелен, чтобы отправиться в Кембридж, где вместе с другими способными студентами его завербовали в шпионы. Доказательства этому скудны, но нам нравится так думать ". Приобретя ученую степень магистра, Марло поселился в Лондоне и вскоре приобрел славу поэта, атеиста и богохульника.

При не выясненных обстоятельствах, вероятно, все же связанных со шпионской деятельностью Марло, он был убит в пьяной драке, получив смертельный удар ножом. Интересна гипотеза современного шекспироведа Альфреда Баркова, изложенная в его статье "Загадка личности "Шекспира": Кристофер Марло или Роджер Мэннерс, граф Рэтленд?

Барков проанализировал пьесу "Гамлет" и пришел к выводу, что пьесы Шекспира писал Кристофер Марло, кроме того он являлся прототипом Гамлета и сыном королевы Елизаветы. Но в то же время А. Барков не настаивает на том, что только Марло создавал произведения Шекспира. Однако при всем нашем уважении к "марловианской" гипотезе и теории А. Баркова остаются непонятными слова в стихотворении "Памяти моего любимого автора мастера Уильяма Шекспира и о том, что он оставил нам", написанным Беном Джонсоном для Первого фолио перевод А.

Кто-кто, а Бен Джонсон, игравший ведущую роль в составлении Первого фолио, знал имя скрывающегося под маской Шекспира! Интересующий вопрос, не удалось выяснить в книгах по шекспироведению. В личной переписке он был задан Джону Бейкеру, шекспироведу, создавшему объемный сайт, посвященный марловианской гипотезе. Он сообщил, что приведенные строки из стихотворения Джонсона являются загадкой для марловианцев и для него в частности, и сделал следующие комментарии. Во-первых, он предполагает, что автором этого стихотворения мог быть и не Бен Джонсон.

Издатели могли подписать стихотворение его именем для "лучшей продажи Первого фолио". Это было обычной в то время практикой, как сообщил Бейкер.

Во-вторых, Джонсон, зная, что "актер не был автором", мог в то же время не знать, кто был Шекспиром. Работа Валентины Новомировой "Кто придумал Шекспира? Свою гипотезу она строит на трактовке стихотворения Бена Джонсона "To the Reader" К читателю , помещенном на титульном листе Первого фолио рядом с портретом Шекспира , а точнее на своеобразном понимании и переводе ею одной строки стихотворения.

Валентина Новомирова легко разрубает Гордиев узел неразрешенной проблемы. Она считает, что в стоке "It was for gentle Shakespeare cut" перед глаголом "cut" следует видеть частицу "to", так чтобы эта строка читалась как "It was for gentle Shakespeare to cut " "Это для того сделали , чтобы благородного Шекспира вырезать ". Новомирова считает, что надо вырезать портрет Шекспира и увидеть в окошке на появившейся странице, что авторами пьес являются братья Уильям, граф Пембрук, и Филип, граф Монтгомери.

Это та страница, на которой написаны обращения к двум братьям. Сама она в качестве примера вырезает лишь лицо Шекспира. Так что при "операции" текст пострадать не может.

За этим листом идет следующий - с посвящением издателей. Исследователи полагают, что посвящение писали не издатели, а все тот же Бен Джонсон ".

Новомирова развивает мысль, пытаясь доказать, что мать братьев Уильяма и Филипа Мэри Сидни Герберт, графиня Пембрук сестра поэта Филипа Сидни , также является автором произведений Шекспира. Автор производит сопоставление черт Шекспира на портрете в Первом фолио с чертами графини на портрете художника Марка Джерарда и делает вывод, что это одно лицо. Новомирова сообщает, что были обнаружены экземпляры Первого Фолио с вырезанными портретами Шекспира, то есть читатели уже в семнадцатом веке вняли совету Бена Джонсона и прочитали строку "It was for gentle Shakespeare cut", восприняв глагол "cut" в качестве инфинитива или, другими словами, как глагол неопределенной формы.

Новомировой не носят голословный характер. Прежде чем их сделать, она работала с электронными текстами и изображениями в Библиотеке Пенсильванского университета США. Таким образом, оригинальная идея В. Новомировой занимает достойное место в решении шекспировской проблемы. Гипотеза, согласно которой авторство шекспировских пьес принадлежит Филипу Сидни и графу Оксфорду, является одной из самых новых.

Она не выдвигалась ранее ни зарубежными, ни отечественными нетрадфордианцами. Данная гипотеза нашла свое развитие в книге "Шекспир. Кто же скрывается за этими необычными именами? Предисловие к книге подписано инициалами А.

В нем говорится, что. Мелехций, перевел их тексты на русский язык и опубликовал в этой книге. Но литературные реалии в тексте говорят все же, что автором или авторами книги являются российские исследователи. Впрочем они, кажется, и стремились скрывать этот факт.

Отец Козминиус и отец Мелехций пишут, что страдфордианство и нестрадфордианство в шекспировском вопросе зашли в тупик и рассматривают вопрос поиска "настоящего Шекспира" в связи с религиозно-политической обстановкой в Западной Европе начала XVII века. Как известно, этот век был эпохой Реформации; из-под влияния Католической церкви выходили страны Северной Европы и становились протестантскими; вышла и Англия в лице Англиканской церкви, что вызывало негодование Рима.

Английская королева Елизавета, принадлежавшая к династии Йорков Белая роза , стремилась противостоять намерению навязать Англии католицизм. В стране появляется разведка, которая внедряет своих агентов в лоно католической церкви в Италии, стремясь предотвратить коварные действия папского Рима.

Главой и основоположником английской разведки становится лорд Берли, Уильям Сесил. Авторы сообщают, что Марло, внедренный в католические круги, проваливается как английский шпион. О его шпионской деятельности известно шекспироведам. Уильям Сесил выясняет, что Марло выдал Сидни и бросил подозрения на Оксфорда, и он отзывает последних из Италии. В целях конспирации "провала" в году Филипа Сидни объявляют мертвым и ему устраивают пышные "похороны" в соборе св.

Смерть Сидни в возрасте 32 лет была лишь инсценировкой. Не решаясь "похоронить" своего лучшего агента, лорд Берли отправил Эдуарда де Вера на пенсию, отсиживаться в его графском имении, ничего не требуя взамен.

Официально же считалось, что он умер в году. Авторы отмечают, что Эдуард де Вер был не из тех, кто складывает оружие и начинает проливать слезы. Он - подлинный воин - недаром носил на своем йорковском гербе образ льва, потрясающего копьем. Контрремормации не могли заставить его склонить голову перед могущественным врагом! Это он был инициатором художественного проекта, в реализацию которого втянул все семейство Однако, зная нравы и принципы штатных имперских историков, он задумал создать эту историю, зашифрованной в гениальных произведениях, которые будут идти на сценах и доносить до публики подлинную историю ".

Граф Оксфорд и его соратник в этом деле Филип Сидни не могли писать под своими собственными именами. Разумеется, не возможно было пользоваться и легальным именем Филипа Сидни - ведь он уже давно записан в "Книгу Смерти! Сонеты, как уверены О. Авторы считают, что сборнике Роберта Честера под оплакиваемой поэтами четой, любовь которой была платонической, оплакивались не граф Рэтленд Голубь и его жена Елизавета Феникс в соответствии с версией Ильи Гилилова, а Филип Сидни и граф Оксфорд.

Святые отцы говорят, что слишком примитивно под парой Голубя и Феникса видеть мужчину и женщину. В стихотворении "Феникс и Голубь" воспевается любовь двух мужчин, но любовь не земная, а любовь к поэзии, к Аполлону, к их величайшему поэтическому проекту, подписанным именем Шекспира, Потрясающего Копьем, - проекту, который был начат в году. Именно в этом году появляется первое произведение Шекспира.

Сообщается, что десятилетний разрыв в изданиях сборника "Жертва любви" и говорит в завуалированной форме о разнице в годах смерти истинного Шекспира - Феникса графа Оксфорда, настоящая дата смерти г. В соответствии с теорией отцов Козминиуса и Мелехция граф Рэтленд и его жена Елизавета не могут претендовать на звание Шекспира, в частности по причине своего малолетства в год, когда началось его творчество.

Бен Джонсон был непризнанным сыном графа Оксфорда. Отец Козминиус и отец Мелехций пишут: Елизавета же Рэтленд жена графа Рэтленда, одного из претендентов на звание Шекспира была их дочерью, а не племянницей Мэри Сидни-Пембрук.

Более того, по мнению авторов, Елизавета не покончила жизнь самоубийством, уйдя вслед за мужем, а продолжала жить; смерть ее была также имитацией. Я не хочу вас вводить далее в казуистику родственных отношений королевского двора согласно этой гипотезе, хочется лишь сказать, что, по мнению авторов книги "Шекспир. Тайная история", все перечисленные лица были вовлечены в грандиозный проект-мистификацию, носящей имя "Шекспир".

С именами Сидни и Оксфорда О. Мелехций связывают еще много тайн и делают выводы, которые могут показаться невероятными и даже ошеломляющими.

Желающим углубиться в эти тайны и более подробно ознакомиться с гипотезой авторов следует прочесть эту книгу. Позже из тысячи экземпляров были найдены двести; до наших дней сохранилось только двенадцать книг.

Огромную работу по подготовке Первого фолио осуществляла Мэри Пембрук. Его предполагалось выпустить в году, но в сентябре года Мэри Пембрук умирает - и вся работа останавливается. В связи с тем, что Бен Джонсон принимал активное участи в подготовке Первого фолио, написал к нему два стихотворения и кроме того был драматургом-соперником Шекспира, считаю нужным отвести ему в этой статье некоторое место. Бен Джонсон родился в голу в семье бедного протестантского священника.

Он рано потерял отца и был воспитан подрядчиком по строительным работам, за которого мать Бена вышла замуж после смерти первого мужа.

Несмотря на скромное общественное положение отчима, будущий писатель получил прекрасное образование в школе, где его наставником был знаменитый историк и филолог Уильям Кемден.

В университете Бен Джонсон не учился, но по окончании школы всю жизнь продолжал самостоятельно заниматься науками. Он стал одним из образованнейших людей своего времени, чрезвычайно осведомленным в области древних и новых языков, античной литературы, истории, естествознания и искусства. Бен Джонсон прожил бурную и сложную жизнь. В юности он работал вместе с отчимом, затем служил в английском отряде, посланном в Нидерланды для оказания помощи протестантам, боровшимся против Испании, а по возвращении на родину стал актером городских лондонских театров, драматургом, поэтом, критиком.

Его сборники Epigrammes "Эпиграммы" и The Forest "Лес" вошли в собрание его сочинений первое в Англии , изданным в году. В году в Оксфорде Джонсону была присуждена почетная степень доктора наук. В том же году Джонсон совершил путешествие в Шотландию и посетил поэта Уильяма Драммонда Возможно, в своем восхваляющем Шекспира стихотворении в Первом фолио Джонсон в угоду королю Якову I, заинтересованному в "великолепии" Потрясающего копьем , кривит душой, когда пишет об "отточенных стихах" Шекспира и, будучи его литературным противником в известной "войне театров" , называет "душой эпохи" и "чудом сцены".

Не надо забывать, что Джонсон и тот, кто писал за Шекспира, были поэтами-соперниками и вступали порой, как подтверждают их современники, в жаркие дискуссии в лондонской таверне "Сирена". Хотя о Шекспире Бен Джонсон писал следующее: Джонсон "Кто есть кто в творчестве Шекспира". В книге "Шекспир" Ж. Маген ссылаются на такие слова Бена Джонсона в адрес Шекспира: И мой ответ таков: Я бы не предал это гласности, если бы по невежеству они не хвалили своего друга за то, чем он больше всего грешил.

Я имел право упрекнуть его за это, ибо я любил его, не впадая в идолопоклонство ". Продолжая разговор о взаимоотношениях Шекспира и Джонсона, обратимся к высказыванию Томаса Фуллера, приведенному в книге С. Последний ссылается на краткую биографию Шекспира, написанную Т. Фуллером для его книги "История знаменитостей Англии": Шекспир же, подобно английскому военному кораблю, был меньше размером, зато более легок в маневрировании, не зависел от прилива и отлива, умел приноравливаться и использовать любой ветер, - иначе говоря, был остроумен и находчив Цитата убеждает нас, что Шекспир и Джонсон были противниками как драматурги.

Говоря о "войне театров" и позиции Б. Джонсона как драматурга, обратимся к книге "Младшие современники Шекспира". В ней сообщается, что с самого начала Джонсон ощущал себя реформатором сцены. Шекспировскому театру он противоставлял собственные идеи о природе драматического искусства. Джонсон развивал теории, близкие к классицизму, критикуя современную английскую драматургию за ее "неправильность" Ему были неприемлемы "римские" трагедии Шекспира, так как Рим Шекспира был во вногом детищем его воображения.

В своей реконструкции прошлого Джонсон, великолепный знаток античности, был гораздо более точен, часто почти буквально следовал источникам. Спонтанности творчества Джонсон противоставлял рациональное начало Знаменитая теория "гуморов" от латинского "humor" Джонсона строится на выделении в характере героя одной особенной черты, нарушавшей гармонию личности и понимавшейся драматургом как слабость или причуда его персонажа сходно с "манией" мольеровских героев ".

В качестве примера неприемлемости "римских" трагедий Шекспира Джонсоном, а также подобных с его точки зрения пьес других драматургов , приведем отрывок из стихотворения Джонсона "Ода самому себе" не без сарказма в нем в адрес пьесы Шекспира "Перикл", которая была популярна на сцене в конце х годов XVII века.

Тюремный хлеб - и тот вкусней. В театре наших дней Его схватить из миски наровят. На сцене пыль в почете, Муки же не найдете. И тот, кто эту дрянь считает пищей, Пусть то и ест, что не возьмет и нищий ". Продолжая разговор об отношениях Шекспира и Джонсона, приведем цитату из книги "Шекспир" Ж.

Третья часть трилогии анонимных пьес под названием "Парнас" убеждает, что Шекспир принимает участие в этих обменах любезностям. Анонимный драматург заставляет одного из своих персонажей заметить, что Шекспир превосходит всех дипломированных драматургов, и Джонсона вместе с ними, добавляя: Морозов в книге "Шекспир" цитирует поэта Леонарда Диггза, говоря о воспоминаниях последнего в году о театре "Глобус": Когда стояли друг перед другом Брут и Кассий, наполовину обнажив мечи, - ах, в каком восторге были зрители!

Они уходили из театра, исполненные изумления. По словам Диггза, "скучные, хотя и отделанные" трагедии Бена Джонсона отступали в тень, так как зрители предпочитали видеть шекспировского "Отелло" Когда же появлялся Фальстаф, - продолжает Диггз, - принц Генри, Пойнс и остальные, невозможно было найти в театре место: Вышеприведенные цитаты говорят о том, что "живые и жизненные" пьесы Шекспира были более популярны у зрителей, чем "ученые и заумные " пьесы Джонсона, и последний как драматург, безусловно, завидовал успеху Шекспира.

Шакспер заболел и умер после пирушки, в которой участвовали приехавшие к нему в году в Стратфорд из Лондона Бен Джонсон и земляк Шакспера поэт и драматург Майкл Дрейтон Для отставного летнего актера пирушка оказалась роковой.

Доктор Джон Холл лечил неподдающуюся лечению горячку Шакспера настоем фиалок. Именно от этой горячки, охватившей его в конце попойки, Шакспер умер.

Шенбаум предполагает, что визит поэтов был приурочен к венчанию дочери Шекспира Джудит, именно Шекспира, а не Шакспера - С. Шенбаум придерживался стратфордианской позиции. Его предположение кажется логичным: Джонсон и Дрейтон навесили "отставного" поэта и драматурга, собрата по перу. Но если считать, что в Стратфорд в году уехал неграмотный ростовщик и второстепенный актер Шакспер, подставное лицо в проекте "Шекспир, Потрясающий копьем", то визит кажется странным.

Зачем было им посещать недалекого человека, покинувшего Лондон четыре года назад? Вряд ли для "духовного" общения. По нашему мнению, эти предположения не могут говорить в пользу нестратфордианцев. Может быть, Джонсон и Дрейтон, выполняя "секретное задание тайного руководителя шекспировского проекта", должны были "убрать" Шакспера как "свидетеля"? Все, написанное выше, можно считать лишь своеобразным предисловием к тому, что предваряет Первое фолио, изданное в году, через семь лет после смерти стратфордского Шакспера.

Как отмечалось ранее, на титульном листе современного переиздания Первого фолио помещен портрет Шекспира и под ним стихотворение "Tо the Reader" К читателю , написанное Беном Джонсоном. Далее напечатаны четыре восхваляющих Шекспира стихотворения, сочиненные Леонардом Диггзом, неким I.

Они имеют такие названия: Три из перечисленных посвящены памяти Уильяма Шекспира "To the memory of Сложно сказать, дали такие названия Леонард Диггз и I. Прежде чем познакомить вас с моими собственными переводами этих стихотворений хочется "обратить" тех из вас, кто считает себя "стратфордианцем", а точнее пассивным стратфордианцем каково же их количество на земном шаре! Вы познакомились с основными нестратфордианскими гипотезами. В самом деле, чтобы сознательно считать, что стратфордский Шакспер написал все шекспировские пьесы, и именно его восхваляли в Первом фолио Бен Джонсон, Леонард Диггз, I.

Посему самое время, перефразируя эпиграф к этой статье, сказать: Как сообщалось ранее, из "официальных" портретов Шекспира существует только один - тот, который помещен на титульном листе Первого фолио.

Все шекспироведы обращали внимание на этот странный портрет, сделанный с гравюры художника М. Мы видим, говоря словами Бена Джонсона, Фигуру: Некоторые шекспироведы отмечают "одеревенелый вид" Фигуры, хотя советский шекспировед М. Морозов замечал на портрете "кроме высокого лба живые, умные глаза". Обращает на себя внимание один и тот же рукав кафтана, пришитый с разных сторон. Нестратфордианцы считают, что так было сделано умышленно с тем, чтобы показать "двойственность натуры Шекспира".

Приведем прозаический перевод этого стихотворения, взятый из книги И. Почему Бен Джонсон советует смотреть читателю не на Портрет, а в Книгу?

Не потому ли, что он как посвященный в "тайну Шекспира", знал, что на Портрете изображен не истинный автор напечатанных в Первом фолио произведений; и Портрет - лишь условное изображение Шекспира. Ниже приведены стихотворение на языке оригинала слева , перевод автора этой статьи справа , а также два других перевода ниже.

O, could he but have drawn his wit As well in brass, as he hath hit His face; the Print would then surpass All, that was ever writ in brass. But, since he cannot, Reader, look, Not on his Picture, but his Book. Фигура, что здесь видишь ты, Шекспира обрела черты. Гравер борьбу с Природой вел, Но жизнь саму не превзошел. О, если б он заставил медь Шекспира ум запечатлеть, Подобно лику, - Оттиск сей Все б превзошел ценой своей.

Смотри ж, Читатель, вняв совету, Не на Портрет, а в Книгу эту. Здесь на гравюре видишь ты Шекспира внешние черты. Художник, сколько мог, старался. С природою он состязался. О, если б удалось ему Черты, присущие уму, На меди вырезать, как лик, Он стал бы истинно велик.

Но он не смог, и мой совет: Смотрите книгу, не портрет. Из книги "Шекспир" Шекспира на портрете ты Зришь благородные черты; Художник здесь вступает в бой С природой, с жизнею самой; Когда б явил из-под резца Он разум, как черты лица, Затмил бы этот оттиск впредь, Все, что досель являла медь.

Черты, которых в меди нет, Вам явит книга, не портрет. Перевод из книги С. Аникста напечатан в его книге "Шекспир" ; второй - в книге американского шекспироведа Шенбаума "Шекспир. Краткая документальная биография" , переведеной на русский язык А. Эти два перевода передают суть стихотворения, но, на наш взгляд, они лишены джонсоновской символичности, которую ему придают слова "Фигура" и "Читатель"; ведь именно слово "Читатель" является ключевым в стихотворении - к нему обращается автор.

Поэты, сочинившие хвалебные стихотворения, надо полагать, знали тайну мистификации с именем "Шекспира, Потрясающего копьем", и написали их специально для Первого фолио. Бен Джонсон курировал процесс его подготовки под покровительством Уильяма, граф Пембрука, и Филипа, граф Монтгомери. Таким образом, эта тайна должна была строго храниться всеми посвященными в нее и, как мы знаем, была сохранена для будущих поколений.

Посвящены в тайну были, без сомнения, и "коллеги" Шакспера по театру Джон Хэминг и Генри Конделл, написавшие обращение к братьям-графам, которым предваряется Первое фолио. Тем более они как актеры "не возражали" против указания имени Shakespeare первым в списке актеров на той же странице, где помещены хвалебные стихотворения - а Шакспер играл, как предполагают, лишь роль призрака отца Гамлета. Далее следуют восхваляющие Шекспира стихотворения.

Слева помещены их тексты на языке оригинала, справа - переводы автора данной статьи с комментариями к ним. Первое стихотворение принадлежит Леонарду Диггзу - оксфордскому ученому и переводчику, одному из так называемых "университетских умов". Шекспир, твои труды, что в свет друзья несут, Под именем твоим переживут Тот памятник, что в Стратфорде стоит, - Бег времени его не пощадит. И медь, и мрамор превратятся в прах, Но эта книга будет жить в веках. Грядущим поколениям презреть Дано труды других поэтов впредь, Но каждый стих, что напечатан тут, Забвению они не предадут.

Тайна сонетов Шекспира В. Едва ли возможно оспорить, что в приведенных ниже сонетах поэт ведет диалог с Разумом. О, благодари сам себя, если что-то у меня в стихах предстает в твоих глазах достойным чтения, ибо кто настолько туп, чтобы не суметь писать к тебе, когда ты сам даришь свет для творчества?

Будь сам десятой Музой, вдесятеро превосходящей [своими достоинствами] те старые девять, которых призывают стихотворцы, и тот, кто обращается к тебе, пусть создаст вечные стихи, переживущие долгие времена. Если моя скромная Муза понравится нашим придирчивым дням, пусть труд достанется мне, а хвала — тебе. Мне кажется, что ни у кого нет такого очаровательного лица, как у меня, такой совершенной формы, такой большой добродетели, и я сам определяю собственное достоинство, поскольку я всех других по всем достоинствам превосхожу.

Я признаю, любовь моя, что твоя милая тема заслуживает труда более достойного пера, и все же что бы о тебе ни сочинил поэт, он все ворует у тебя, а потом возмещает тебе же: Поэтому не благодари его за то, что он говорит, поскольку то, что он должен воздать тебе, ты платишь сам. Ты для меня — весь мир, и я должен стараться узнать свои постыдные и похвальные стороны с твоих слов.

Никто другой для меня не существует, ни я ни для кого не существую, чтобы изменить мое укоренившееся [ставшее стальным] восприятие хорошего или дурного. В такую глубокую бездну я бросаю всякую заботу о других мнениях [голосах], что мой слух гадюки для критика и льстеца затворен. Сонет повествует о том, как любящий человек теряет разум. Итак, теперь я признал, что он твой а я сам - заложник твоей воли; откажусь от прав на себя, так чтобы другого меня ты возвратила, и он всегда был моим утешением.

Но ты этого не сделаешь, и он не будет свободным, так как ты алчная, а, он добрый; он стал, как гарант, подписываться за меня под обязательством, которое теперь так же прочно связало его.

Ты используешь его поручительство твоей красоте, как ростовщик, который все оборачивает к прибыли, и привлекаешь к суду друга, который стал должником из-за меня, так что его я теряю из-за того, что ты жестоко злоупотребляешь мной.

Его я потерял; ты обладаешь и им и мной. Он платит сполна, и все же я не свободен. Поэтому, любовь моя, береги себя, как и я буду беречь себя — не ради себя, а ради тебя, нося в себе твое сердце, которое я буду оберегать, как заботливая нянька — дитя, от всякого зла. О жизни великого драматурга до нашего времени дошло очень мало сведений. Не сохранилось ни переписки Шекспира, ни его дневников, ни воспоминаний, ни рукописей.

Есть лишь несколько документов, в которых упоминаются обстоятельства его жизни, и каждый из этих документов был исследован досконально. Те бумаги, на которых рукой Шекспира написано несколько слов, или стоит его подпись, считаются редчайшими историческими ценностями.

Для того чтобы собрать немногочисленные достоверные сведения о поэте, шекспироведами была проделана огромная работа. Шекспир был обычным человеком своего времени и скорее вызывает удивление то, что о нем вообще сохранились хоть какие-то данные.

Жизнь и время Уильяма Шекспира. Поэт, романист, автор биографий, Акройд опубликовал около четырех десятков книг, важное место среди которых занимает жизнеописание его великого соотечественника Уильяма Шекспира.

Изданную в году биографию, как и все, написанное Акройдом об Англии и англичанах разных эпох, отличает глубочайшее знание истории и культуры страны.

© Крушина - дерево хрупкое Валентин Сафонов 2018. Powered by WordPress