Тайга и зона Александр Бушков

У нас вы можете скачать книгу Тайга и зона Александр Бушков в fb2, txt, PDF, EPUB, doc, rtf, jar, djvu, lrf!

Свою свободу относительно мира я обеспечиваю себе тем, что присваиваю себе этот мир, захватываю и занимаю его для себя каким бы то ни было насилием, силой убеждения, просьбы, категорического требования, даже лицемерия, обмана и т.

Название, равно как и вывеска над входной дверью, досталось заведению в наследство от советских времён. И попал, что характерно. Поминали кто злом, кто добром, кто с уважением, кто небрежно. Чувствовалось, в общем, что противоречивая была фигура сего незабвенного Климыча…. Местные же именовали единственное на весь посёлок питейное заведение гордо, хотя и незатейливо: Любкой, ясное дело, звали хозяйку заведения, крепкую русоволосую бабу, чей возраст навеки замер на отметке сорок лет, которая и умрёт всё в те же сорок и которая за стойкой, по уверениям старожилов, торчит уж никак не меньше тех же сорока лет.

А до некоторых пор главной загадкой посёлка для Алексея Карташа была такая: Если посёлок назван в честь итальянского города, то почему именно в его честь?

В Италии ж полно городов, которые были бы счастливы поделиться своим именем с затерянным в тайге сибирским посёлком. А уж в советские годы требовалась веская причина, чтобы присвоить нашему населённому пункту идеологически вредное заграничное наименование. Понятно, если б посёлок назвали Парижем — всё-таки город с богатыми революционными традициями. Или Женевой — там отдыхал в эмиграции пролетарский вождь Ульянов-Ленин…. Но ни в каких революционных подвигах не замеченная Парма-то здесь причём?

У кафе было два зала: Большой же зал делили меж собой лагработники и поселковые. Поминали кто злом, кто добром, кто с уважением, кто небрежно. Чувствовалось, в общем, что противоречивая была фигура сего незабвенного Климыча…. Местные же именовали единственное на весь посёлок питейное заведение гордо, хотя и незатейливо: Любкой, ясное дело, звали хозяйку заведения, крепкую русоволосую бабу, чей возраст навеки замер на отметке сорок лет, которая и умрёт всё в те же сорок и которая за стойкой, по уверениям старожилов, торчит уж никак не меньше тех же сорока лет.

А до некоторых пор главной загадкой посёлка для Алексея Карташа была такая: Если посёлок назван в честь итальянского города, то почему именно в его честь? В Италии ж полно городов, которые были бы счастливы поделиться своим именем с затерянным в тайге сибирским посёлком.

А уж в советские годы требовалась веская причина, чтобы присвоить нашему населённому пункту идеологически вредное заграничное наименование. Понятно, если б посёлок назвали Парижем — всё-таки город с богатыми революционными традициями. Или Женевой — там отдыхал в эмиграции пролетарский вождь Ульянов-Ленин…. Бутылочное же пиво здесь видели только тогда, когда его кто-нибудь в качестве гостинца привозил из отпуска.

Еженедельно райторг выделял поселку всего одну бочку. Напоить всех жаждавших этим пивом, наверное, было под силу лишь тому, кто пятью хлебами смог накормить пять тысяч ртов, поэтому случались всякие недоразумения, по-простому говоря — скандалы и драки. Доходило и до поножовщины. И наконец всем это надоело. С тех пор на пивном фронте воцарился порядок, потому как здешний народ свои законы всегда соблюдал не в пример строже, чем установление государственной власти.

Хотя времена пивного безобразия миновали, однако ж человеческие категории в Парме прижились: Рассекая сизые табачные клубы, Карташ прошел к столикам лаг-работников. Свободных стульев не было, и ему выдвинули из-под стола резервный табурет. По негласному соглашению субординация оставалась за порогом. Как на Диком Западе игроки в покер, входя в соответствующее заведение, сдавали свои кольты, так здесь при входе сдавали свои звания….

Вон, Петрович говорит, что жди теперь смуты, жмуров и усиленных дежурств. Темой недели была последняя партия зэков, с которой на зону прибыл некий Пугач, вроде бы новый пахан зоны, сиречь авторитетный вор, который станет править тутошний бал. Так уж устроена жизнь в Парме, что все, в конечном счете, вертелось вокруг зоны — так же, как земля вертится вокруг своей оси. Можно голову закладывать, что и за остальными столиками в обоих залах сегодня преобладала эта же тема.

Население Пармы процентов на семьдесят состояло из бывших сидельцев. Даже женщины большей частью попадали сюда с женских зон — в первую очередь с ближайшей, той, что в ста сорока километрах от Пармы… Другой типичный способ пополнения женского населения поселка — отпуска.

Поднакопит деньжат мужик, год провкалывавший на лесопилке, маханет летом в Сочи, сойдется там с какой-нибудь тоскующей бабенкой из Кинешмы и прочих Великих Лук, та и переезжает к нему. Ясно, что Москву или Питер женщины на тайгу не меняли даже при самой жгучей любви, подобный случай поселок знал только один, да и то столичная штучка выдержала лишь полтора года среди лесов, комаров и местных нравов….

© Крушина - дерево хрупкое Валентин Сафонов 2018. Powered by WordPress