Социальная история. Ежегодник. 2009 Н. Пушкарева

У нас вы можете скачать книгу Социальная история. Ежегодник. 2009 Н. Пушкарева в fb2, txt, PDF, EPUB, doc, rtf, jar, djvu, lrf!

Представляется, что исторические особенности звучания этих новых голосов, сосуществование их с официальной пролетарской идентичностью, приспособление к ней и влияние на нее и составляет основную интригу советской истории межвоенного периода, а гораздо более отчетливое представлении об особенностях этого многоголосия является основным достижением советской социальной истории за последние годы 8. В контексте такого многоголосия совершенно по-другому встает вопрос о взаимоотношениях рабочих с партией большевиков, утративший популярность у историков как на Западе, так и в России.

Приятным исключением является книга британского историка С. Пирани, которая должна выйти из печати в феврале г. Прослеживая крайне противоречивые отношения рабочих и большевиков в процессе становления рабочего класса как правящего, С.

Пирани показывает отступление рабочих от революционных ценностей взамен на приемлемые для них условия социального контракта, предложенного правящей партией. Сложность этого отступления для действительно сознательных рабочих проявилась, в частности, в феномене рабочей беспартийности, которая была на начальном этапе одной из форм политического несогласия рабочих 10 с новыми реалиями. Учитывая все выше сказанное, мне представляется, что наиболее интригующим предметом исследования социальной истории КПСС, то есть истории правящей партии снизу, как истории обыденной рутины низовых ячеек, является приспособление 7 Там же.

The Russian Revolution in Retreat, — Soviet Workers and the New Communist Elite. Конституция, действительно, содержала целый ряд таких элементов демократии, которые были привлекательны, и, если бы были реализованы на практике, способствовали бы развитию правового гражданского общества.

Было ли ее принятие очередной прихотью вождя или же отражало какие-то глубинные течения в жизни советского общества? Не преувеличиваем ли мы его реальную диктаторскую власть и недооцениваем ли роль пассивной оппозиции сталинскому режиму? Может быть, тот порядок, который нашел воплощение в содержании Конституции, и был выражением тех чаяний и надежд, которые существовали в обществе со времен революции?

Какие признаки демократии наблюдались при разработке нового основного закона и в чем они заключались? Как выглядела эта демократия в действии? На эти, как и многие другие вопросы можно ответить, если обратиться к анализу материалов обсуждения проекта Конституции и обстановки, в которой оно происходило.

Были созданы также 12 подкомиссий — экономическая, финансовая, правовая и т. Таким образом, полтора года страна жила в ожидании больших перемен, возможно, самых значительных с момента революции г. Предложение высказаться по самым насущным проблемам, волнующим общество, открыто говорить все, что думаешь, посылать свои предложения, письма, замечания внушали иллюзию демократии. Были записаны широкие права для советских граждан на создание общественных организаций, на труд, на отдых, на образование, на материальное обеспечение по старости и в случае потери трудоспособности.

Многие и сегодня полагают, что именно в статьях новой Конституции заключались сущностные черты социализма. Что еще привлекало в содержании проекта, предложенного для обсуждения? Провозглашение колхозников и единоличников равноправными гражданами СССР могло рассматриваться как косвенное признание властями несправедливости коллективизации с логичной постановкой вопроса о возможности выхода из колхоза и возврате отобранного имущества.

Включение пункта о свободе совести вроде бы означало осуждение прежних преследований верующих, отказ от воинствующего атеизма. В памяти людей был еще жив решительный поворот большевиков от военного коммунизма к нэпу.

Может быть и теперь должно было повториться нечто подобное? Однако многие уже нутром чувствовали разницу и не спешили откровенно высказываться по поводу главных вопросов устройства жизни советского общества, тем более, что в процессе обсуждения завеса демократизма постепенно таяла и отчетливо проступала иезуитская задумка власти раскрасить яркими красками фасад созданного режима, пустить всем пыль в глаза, выявить недовольных и поймать на крючок наивных пескарей, клюнувших на демократическую приманку.

Сталину, как когда-то царице Екатерине II, понадобилось уловить настроения в обществе и сделать для себя определенные выводы. Наибольший интерес населения, а следовательно, и большое количество откликов, вызвали те статьи проекта Конституции, которые затрагивали непосредственные интересы граждан. Не бытовое, а абстрактно-правовое мышление, воспитанное на уважении к закону, в отношении к проекту встречалось редко и чаще всего было косвенным свидетельством более высокой образованности авторов.

Значительно меньше затрагивались вопросы национально-государственного, административного устройства СССР. К ней тесно примыкали статьи 7—10 главы I, затрагивающие отношения собственности, и ст. Традиционное для царской России подозрительное отношение властей к добровольным объединениям граждан, сохранилось и при большевиках. Официально провозгласив свободу объединений, советская власть вначале не мешала созданию различных обществ неполитического характера, а затем в несколько этапов с по гг.

Добровольная коллективная общественная активность была запрещена в политической, экономической, социальной, религиозной, благотворительной, правозащитной и ряде других сфер деятельности. Жесткая иерархическая система массовых общественных организаций, включавшая ВКП б , а затем — КПСС, ВЛКСМ пионерскую организацию под контролем ВЛКСМ , профсоюзы, кооперативные объединения, оборонные, спортивные, культурные, технические и научные общества, — должна была удовлетворить любые запросы населения.

Эта абсолютно покорная, всецело зависимая от властей, подконтрольная и управляемая структура была закреплена в Конституции СССР г. Руководила этим процессом КПСС. Директивные решения ее высших органов съездов, конференций, пленумов лежали в основе законодательной и практической деятельности не только ее самой, но и государства, а также комсомола и других массовых организаций.

Чем грозила советскому человеку подобная самодеятельность? Какие именно деяния при создании общественных объединений считались преступными и преследовались в рамках советского уголовного законодательства? Существовала ли на практике свобода объединений в советский период? Каких организаций боялись власти, с кем и чем они боролись? Картина будет неполной, если не предпринять попытки исследовать также и правоприменительную практику по этим статьям.

На первый взгляд, поиски ответов на поставленные вопросы дело несложное. Однако в отечественной историографии отсутствуют специальные работы по истории советского уголовного права, его развития и эволюции, особенно — анализирующие систему защиты прав человека.

Трудности возникают уже с выстраиванием хронологической последовательности принятия ключевых правовых документов уголовного законодательства. Многочисленные подзаконные акты, которыми зачастую и руководствовались советские правоохранительные органы, остаются по-прежнему малоизвестными. Практически все факты, характеризующие то, что происходило в рассматриваемой нами сфере, рассказано пострадавшими или извлечено из их судебных дел.

Таким образом, представление о масштабах, специфике и жестокости государственных репрессий исследователь получает благодаря воспоминаниям дис1 и правозащитников. Публикации архивных источников, а также работы историков созданные на их основе, продолжают раскрывать некогда потаенную со2 реальность. Это придает подобным публикациям особую окраску: Свою аналитическую задачу мы видим в том, чтобы найти и выделить из массы пострадавших тех, кто был наказан за создание объединения и, насколько это возможно, установить, какого именно.

Нужно также определить, насколько это соотносилось с уголовным законодательством, его толкованием, с советской Конституцией. Итоговая цель — понять, позволялось ли, действительно, в советский период пользоваться правом на создание добровольных общественных объединений? История инакомыслия в СССР.

История инакомыслия… ; Документы МосАлексеева Л. Надзорные производства… ; История сталинского Гулага. Конец х — первая половина х годов: Собрание документов в 7-ми томах.

Новосибирск, ; Козлов В. Противостояние народа и власти — гг. Действительно, съезд как историческое событие, имел два отсроченных, долговременных последствия: Вышеупомянутый Жорж Опт не спешил с окончательными выводами: В какой мере ее поведение отражает черты, присущие советскому обществу в целом?

Действительно, историк сталкивается здесь с серьезной проблемой: Исследователь сформулировал свои вопросы так прозорливо, что нам хотелось бы вновь обратиться к ним, воспользовавшись материалами из открывшихся советских архивов. Мы ставим себе совершенно конкретную цель: Хрущева сразу после XX съезда, во время собраний, организованных для обсуждения итогов съезда.

Рассматриваемые документы хранятся в архиве коммунистической партии Горьковской области. Это, среди прочего, отчеты и протоколы партсобраний областного, городского и районного масштаба. И хотя подобное предприятие сталкивается с немалыми трудностями, оно представляется нам вполне плодотворным.

Следует с самого начала очертить границы настоящего исследования: Историография ХХ съезда получила новый толчок в начале х гг. Можно даже сказать, что в этот момент в Рос- сии родилась новая научная историография, не существовавшая во времена СССР. За отсутствием места мы не можем упомянуть здесь все многочисленные недавние исследования.

Тем не менее, стоит выделить по крайней мере две основные идеи, содержащиеся в исследованиях российских историков по интересующей нас теме 8. Dire et mal dire. Об этом историографическом течении, см. Карло Гинзбург в книге Сыр и черви: Картина мира одного мельника, жившего в XVI веке М. Russia after the War: Hopes, Illusions and Disappointments, — Политические преобразования в СССР 50—60 годы.

Несколько лет назад мы, африканцы, живя под колониальной властью, даже не знали о существовании такой высокоразвитой страны — России, и наши колонизаторы несут всю ответственность за наше положение.

Слава Богу, мы полюбили русских, которые прекрасно знают людей. Мой отец намеревался послать меня в Америку для продолжения образования, но когда в статье в одной из русских газет я прочитал, что существуют стипендии для африканцев, я вскоре отклонил решение отца и подал заявление на обучение в великом университете, носящем имя великого африканского руководителя, недавно скончавшегося Патриса Лумумбы.

Я много узнал о наших империалистических колонизаторах, а теперь я решил 1. И для того чтобы глубже узнать эту партию, я прошу Вас, г-н Генеральный секретарь, принять меня в ряды студентов вверенного Вам университета.

Если бы Вы могли принять меня, я был бы бесконечно благодарен и постарался бы привлечь на Вашу сторону, по крайней мере, половину Черной Африки, и в особенности моих 2. Они были лишены этой возможности в эпоху колониальной зависимости, но их шансы выросли в годы национально-освободительного движения и позднее, когда западным странам пришлось увеличить число стипендий, чтобы сохранить свое влияние на континенте и создать противовес влиянию социалистических стран.

Последние стали 1 Письмо молодого жителя Ганы с заявкой на стипендию, 3. В этих условиях объявление в г. Советская ассоциация дружбы с народами Африки, основанная в г. В своих письмах африканские друзья Советского Союза постоянно выражали свой энтузиазм по поводу значительных научных достижений страны, благодарность за политическую поддержку в борьбе против западного империализма, в них при этом звучит восхищение тем, что, по их мнению, являлось коммунизмом, советскими системой и обществом.

Прибытие африканских студентов в Советский Союз стало одной из важнейших составляющих советско-африканских отношений в том виде, в котором они окончательно сложились в течение шестидесятых годов. В данной работе я попытаюсь сначала поместить эволюцию советско-африканских учебных обменов в исторический контекст деколонизации и обязательств Советского Союза в отношении афро-азиатских стран.

Это позволит уяснить, какие важнейшие политические и идеологические цели и задачи Москва ставила перед этим академическим и научным сотрудничеством, а также проследить, какое сопротивление встретила советская культурная политика со стороны государств-партнеров.

Далее, перейду в своем анализе от межгосударственного уровня к уровню студентов и стажеров, которые получили образование в советских вузах и техникумах. Рассматривая, как они учились, какой приобретали опыт, какой социально-политической деятельностью занимались, я попытаюсь выяснить, как эволюционировали политические идеи, как студенты самоопределялись по отношению к политике СССР, стран Запада и африканских государств.

Их объединял, в первую очередь, элемент хозяйственной деятельности — производство изделий и извлечение прибыли путем продажи их на рынке. В отличие от рабочих мелких предприятий в городах, кустари как социальная группа были тесно связаны с сельским хозяйством и, в конечном счете, составляли в России XIX в. Обладая чертами сходства по объективному положению в системе социально-экономической структуры российского общества, рядом черт жизненного стиля, житейских установок и межличностных связей, кустари разных регионов огромной российской державы существенно различались по своему социальному поведению.

Его определял, как правило, вид их промысла. Реконструкция социального облика кустаря Пермской губернии имеет существенное значение при решении вопроса о степени вовлеченности кустарей и крестьянства в целом в модернизационные процессы Рос- сии конца XIX — начала XX в.

Вопросы социальных отношений между кустарями и скупщиками, мастерами и наемными рабочими активно изучались историками. Социальные конфликты и их почва, наличие устойчивых связей между субъектами социально-экономических отношений внутри названной группы, их характер, наличие объективных и субъективных факторов, влияющих на модели социального поведения — все это круг тем, так или иначе обсуждавшихся в литературе.

Гораздо менее изучено пространство социальных отношений внутри самой социальной группы, сама социальная среда кустарного производства: К этой группе вопросов примыкают и более частные: Пермская губерния как составная часть Урала имела существенную региональную специфику в социально-экономическом пространстве Российской империи: Среди кустарей Пермской губернии в — гг.

Следствием 1 Подсчитано по: Очерк кустарной промышленности Пермской губернии. Они по-разному определяли себя и как субъекты социально-экономических отношений общего кустарного производства и социальных интересов. Скотта о которой шла речь на одном методологических семинаров летней давности 2 к социальной иерархии пермской деревни, можно обнаружить и определить довольно четко место кустарей.

Используя одновременно и деление по социально-классовому признаку сельская буржуазия, середняки, бедняки и по признакам отношения к собственности земельный собственник, арендатор и наемный рабочий , в социальной группе кустарей могут быть выделены следующие субъекты социально-экономических отношений: Владелец кустарного заведения был главной фигурой в кустарном производстве.

Как правило, он являлся инициатором открытия кустарной мастерской и дальнейшего развития производства. Именно он следил за экономическим положением промысла, от него зависели объемы и условия производства, численность рабочих, формы сбыта изделий и т. При этом владельцы кустарных заведений не рассматривались земскими статистиками и исследователями второй половины XIX — начала XX в. Статистика отражала, скорее, вопросы семейного положения кустарей поскольку многие кустарные предприятия были именно семейными предприятиями и вопросы найма численность наемных рабочих.

Кроме того, известно, что наибольший процент кустарей-владельцев составляли мужчины 21—45 лет, ставшие самостоятельными владельцами в результате семейных разделов, наследования мастерских и обратившиеся к промыслу после нескольких лет ведения самостоятельного хозяйства. Главным инициатором открытия заведения выступал, как правило, глава семьи, за исключением чисто женских промыслов. Мотивацию обращения к кустарному труду достаточно убедительно характеризует микроанализ ситуации по одному из уездов Пермской губернии — Осинскому.

Эта территория достаточно показательна для Пермской губернии: Подворная перепись кустарных промыслов Осинского уезда — гг. В районный бланк вносилась информация о промысле во всем районе в него входило несколько населенных пунктов , содержались сведения о повседневной жиз- ни кустарей, что впоследствии вошло в опубликованные сборники подворных переписей в качестве комментариев, но в очень ограниченном объеме и, как правило, только по крупным центрам производства.

Все эти вопросы были серьезным испытанием для советской системы, для власти, которая, как и все авторитарные режимы, пыталась удержать общество под контролем. Комитет государственной безопасности был и оставался в рассматриваемое время ключевым элементом этой системы контроля. В его компетенцию входили, в том числе, и налаживание агентурной сети, и профилактические мероприятия и оперативная работа. Все они должны были отвечать вызовам времени и сложившимся обстоятельствам.

С экономической точки зрения, тема деятельности КГБ в промышленности тесно связана не только с конкретным управлением последней, т. По мнению экономистов, исследующих экономику недемократических систем, развитие такой экономики на1 зависит от способности власти осуществлять принуждение. Причем, как доказывается, принуждение такого рода не может быть бесконечным. Степень его использования ограничивают не только отсутствие стимулов к труду при сверхдавлении на экономического агента, но и издержки, связанные с мониторингом ситуа2 и контролем со стороны власти.

Разумеется, что в отношениях власти и предприятий органы безопасности играли не второстепенную роль. Гэлбрейта, деятельность КГБ можно 3 оценивать как вторжение внешней власти в сферу руководства предприятий. В советской экономической системе формальные правила часто препятствовали эффективным производственным решениям 4 , зачастую, инженеры и рабочие были вынуждены их нарушать. Более того, работники предприятий нарушение этих правил обыч1 Wintrobe R.

The political economy of dictatorship. Стабильны ли командные системы? Почему потерпела крах советская экономика? The New Industrial State. The Political Economy of Stalinism. Советская экономическая система страдала не только от разных спекуляций и производственных нарушений.

Власть, конечно, знала, что производители были заинтересованы в невысоких планах. В этой сфере мог помочь КГБ, агентура которого действовала внутри самого предприятия. Конкретные методы работы КГБ на промышленном предприятии еще практически не изучены в историографии.

Это приводит не только к демонизации деятельности органов госбезопасности и распространению мифов о всеобщем контроле со стороны власти, но и создает серьезные помехи для теоретических рефлексий, касающихся экономического и исторического моделирования.

Достаточно привести в пример работы Р. Вот почему представляется уместным замечание их коллеги о том, что подобные исследования имелась в виду книга Р. В рассуждениях о советском режиме, авторам, как правило, не хватает фактического материала. Скажем, тезис об усилении политики принуждения в начале правления Л. Брежнева в работе Р. Винтроба опирается только на одну ссылку — на ход кампании замены партий7 билетов.

Хариссон упоминает лишь о существовании военизированной охраны на предприятиях и пространно говорит о своеобразном партийном контроле над производителями 8. Понять авторов нетрудно — отсутствие глубоких исследований периода брежневского правления создает дефицит знаний об этом времени. В данной статье предпринимается попытка осветить деятельность Комитета государственной безопасности на промышленных предприятиях Литвы на базе архи9 материалов КГБ.

Исследование не претендует на исчерпывающую полноту в изучении темы. В докладе предпринималась попытка оценить деятельность КГБ на промышленном предприятии с точки зрения отношений между союзной республикой и союзными министерствами. Автор исходил из того, что деятельность КГБ была очень важной для республиканских властей, поскольку они имели малое воздействие на те ветви промышленности, непосредственный контроль над которыми после Косыгинской реформы был передан союзным министерствам.

Протест этот был действительно потаённым. И лишь в конце х гг. Признавая неоднозначность социального поведения представителей национальных меньшинств Крыма в годы Великой Отечественной войны, трудно не заметить: Севастопольский регион, географически относящийся к Крымскому полуострову, в течение долгого времени был особой административной единицей — и именно потому, что был главной базой Черноморского флота.

Особенность, присущая этому региону, обусловливала экстренный характер проведения различных политических мер и кампаний, отражалась на характере и методах проведения мероприятий на всем полуострове, в т. Тема эта в советской историографии практически не изучалась. Вопросы применения репрессивных мер в —е гг.

Общедоступные работы по истории 1 Крыма, изданные до г. Оценки политики —х гг. В некоторых трудах, относящихся непосредственно к проблеме лишения избирательных прав, авторы не склонны 3 выделять ее из социальной политики репрессивной направленности ; в других — воспринимают коллективизацию и лишение избирательных прав как два параллельных 4 5 или как два взаимосвязанных процесса , порой они представляются вообще как не свя6 друг с другом явления.

На современном этапе широкое распространение получили новые методы исследования аналогичных по форме источников — таких, например, как анкеты и личные карточки. На основе огромного числа персональных дел могут быть созданы репрезентативные базы данных. Авторы исследований, опираясь на эвристические возможности подобных БД, могут предлагать типологии, обобщенные социальные ха1 Очерки по истории Крыма.

Крым в период развернутого социалистического строительства — годы. Лишенцы в системе социальных отношений — гг. Брянск, ; История репрессий на Урале: Екатеринбург, далее — История репрессий на Урале ; Байда Е.

Лишенные избирательных прав в Новосибирске в — гг. Политические репрессии в Крыму — гг. Симферополь, далее — Политические репрессии в Крыму… С. На изломах социальной структуры: Публицисты дореволюционной поры освещали положение женщины в местном обществе, иллюстрируя ее собственную пассивность в семье и обществе, зависимость от воли отца и мужа, что в целом должно было характеризовать глубоко укорененную патриархальность коренных народов края 2.

Сюжеты, связанные с вовлечением женщины в открывшееся для нее публичное пространство, рассматривались довольно прямолинейно: Однако из публикаций х — х гг. Вот почему долгие годы тема раскрепощения горянки вообще специально не изучалась, а рассматривалась лишь в связи с историей индустриализации, коллективизации, культурной революции 4.

В историографии Кабардино- Балкарии есть только одно монографическое исследование летней давности, посвященное процессу эмансипации женщин, но оно носит не столько научный, сколько публицистический характер и несвободно от идеологических установок свое1 Адыги, балкарцы и карачаевцы в известиях европейских авторов. Нальчик, ; Кешев А. Нальчик, ; Шаханов Б. Национальный вопрос и национальная культура в Северо-Кавказском крае итоги и перспективы. Очерки исторического развития горцев Северного Кавказа и чужеземного влияния на них ислама, царизма и пр.

Индустриализация национальных областей Северного Кавказа. Становление и развитие социалистической культуры советской Кабардино-Балкарии. Нальчик, ; Текуев А. Осуществление ленинского кооперативного плана в национальных областях Северного Кавказа. Но научное изучение проблемы борьбы за женское равноправие на Северном Кавказе не входило в круг приоритетных тем, носило вспомогательный, иллюстративный характер.

В разных культурах, республиках, разных конфессиях существовали разные гендерные контракты, и их приходилось учитывать реализаторам великой идеи великого социального эксперимента. Таким образом, обращение в предлагаемой статье к теме социалистической эмансипации горянки вызвано ощутимой лакуной в историографии. Мне хотелось бы, помимо анализа законодательной деятельности советских и партийных органов по вовлечению женщины в общественное производство и наделения ее равными гражданскими правами с мужчиной, рассмотреть трансформации привычного для нее образа жизни, изменения телесных практик, манеры поведения и женской этнической ментальности.

Поэтому одними из важнейших источников для этой статьи стали не только архивные материалы, законодательные акты и статистические показатели женской публичной активности, но живые источники — эгодокументы: Благодаря этим свидетельствам взгляд на проблему женской эмансипации должен стать более достоверным, детальным, без пренебрежения к эмоциональным нюансам.

Мне хотелось бы приподнять завесу над реальными изменениями в повседневной жизни горянок, над тем, как они воспринимались ими самими.

В отличие от русской части РФ, на Северном Кавказе была своя специфика в борьбе за женское равноправие. Недостаточно было объявить о свободе расторжения брака, имущественном равноправии супругов, легальном признании права женщин на аборт и ввести обязательную регистрацию браков в светских учреждениях.

Работа по раскрепощению горянки была напрямую связана с кардинальным реформированием быта, перераспределением половозрастных хозяйственных обязанностей, попытками заново отрегулировать семейно-брачную сферу традиционной жизни, внести существенные перемены в обрядность детского цикла и похоронных ритуалов, скорректировать этикетные нормы.

Семья и брак у адыгских народов. Автор выражает благодарность Рудольфу Деккеру за любезно предоставленные материалы, легшие в основу настоящей статьи, а также за возможность принять участие в работе семинара по изучению эгодокументов в Институте Йохана Хейзинги университет Амстердама.

Ле Руа Ладюри Э. Il formaggio e i vermi. Картина мира одного мельника, жившего в XVI в. The Family, Sex and Marriage in England. Le Sire de Gouberville: Для лингвистов, психологов, специалистов по кадровому менеджменту, юристов-криминалистов, социологов. Микромотивы и макроповедение Шеллинг Т.

Нобелевский лауреат по экономике. Даты жизни и деятельности Две книги Даниленко В. Основы культурологии Быховская И. Социально-экономическая ситуация, право, статистика энциклопедический справочник. Муниципальна Россия в период кризиса и реформ годы. Города и районы Европейского Севера и Северо-Запада. Украинский кризис и международная безопасность Курылев К. Введение в социальную и политическую теорию.

В корзину Показать ещё Приведен целый ряд малоизвестных Может ли машина мыслить? Физические явления микро- и наномасштаба. Опыты по химии для начинающих. Вниманию читателя предлагается книга, содержащая большое количество практических опытов, предназначенных начинающему любителю химии.

Сто шедевров советского архитектурного авангарда: Она является уникальной по охвату материала, манере его изложения и тщательности математической проработки.

Цель книги дать замкнутое Методы прогнозирования с примерами анализа финансовых и сырьевых рынков. Представлены как традиционные методы, разработанные для стационарных временных рядов, так и новые подходы, которые предлагается использовать для анализа нестационарных В настоящем учебном пособии системно рассмотрен комплекс вопросов, составляющих сравнительно молодую и быстро развивающуюся область экономической и управленческой науки управление проектами.

Оно охватывает все составные части процесса управления проектами разработка, планирование, бюджетирование, Наглядная геометрия и топология: Математические образы в реальном мире.

Об издательстве Интернет-магазин Оплата и доставка Оптовикам и библиотекам Вакансии. Точные и Естественные науки. В настоящей книге известный психотерапевт Л.

© Крушина - дерево хрупкое Валентин Сафонов 2018. Powered by WordPress